– Меган разговаривает со стариком Энди Маркемом, – сказал Джозеф, проследив за взглядом Финна.

– Не тот ли это Маркем, который вчера вечером рассказывал страшные истории?

– Энди безобидный малый. Много лет назад он играл персонажей Шекспира на сцене в Бостоне. Но посредственному актеру нелегко заработать на жизнь, у Энди было мало ролей, поэтому он стал подрабатывать рассказчиком. Это у него здорово выходит, – сказала Морвенна. – Вообще-то я не одобряю всю ту шумиху, которую поднимают вокруг празднования Хэллоуина. В конце концов это христианский праздник Всех Святых, и не следует связывать его с разной чертовщиной, рассказывая истории про духов и привидения. Но мои земляки таким образом зарабатывают себе на жизнь, и я их понимаю.

Поймав на себе озабоченный взгляд Морвенны, Финн вдруг осознал, что он стоит, загораживая ей обзор.

– Честное слово, Финн, Энди безобидный человек, – промолвила она.

– Я в этом не сомневаюсь. Но после его рассказов Меган приснился кошмарный сон. Я должен оберегать ее от волнений.

И он двинулся к Меган и Энди.

– Дым! – промолвил Энди Маркем, и из уст старика это слово прозвучало как-то по-особенному мрачно.

Взгляд его белесых, выцветших, глубоко посаженных глаз был обращен внутрь. На облысевшей голове старика осталось всего несколько седых прядей. Он походил на хранителя могильных склепов, персонажа телевизионного шоу кукол. Кожа Энди была прозрачной. Он был тощим, кожа да кости.

– Дым? – с недоумением переспросила Меган.

Она не понимала, о чем говорит старик, но его слова завораживали.

– Как вы не понимаете? Нет дыма без огня, – продолжал он. – Одно связано с другим. Но дым является предупреждением. Мифы и легенды уходят корнями в действительность. То, что вы не ведунья, еще ничего не значит. Вы родом из этих мест, и это о многом говорит.

– Да, Энди, хотя я давно уже покинула родные края, я оказалась очень впечатлительной. Ваши рассказы потрясли меня.

– Я знал, что так будет! – заявил старик. – Я чувствовал это! Не многие понимают, что лишь тонкая завеса отделяет этот свет от того. Я мог бы рассказать множество историй на эту тему.

Меган смущенно улыбнулась. Она чувствовала, что не может стронуться с места и слушает Энди как завороженная. Собственное странное состояние тревожило ее, но Меган не могла сбросить с себя оцепенение.

– Я слышала много легенд о вампирах, колдунах, странных существах и привидениях. Предки моих родителей были ирландцами, и кельтские мифы знакомы мне с детства.

– Дело не в этом. Я хотел напомнить вам о том, что завеса, разделяющая этот мир и мир потусторонний, особенно тонка накануне праздника Всех Святых. И это хорошо. Человек, потерявший мать, в это время ощущает ее присутствие, ее нежное прикосновение. Она как будто нашептывает ему на ухо слова утешения. Но у этого явления есть и оборотная сторона. Из жизни ушли не только добрые люди. Тот, кто нес в себе зло в этом мире, продолжает творить его и после смерти. Обычно такие люди не знают, что продали свои души. Их соблазнили лживые обещания. Мы живем в очень древнем мире, и никто не знает, что было в самом начале.

Ей хотелось уйти, но она не могла это сделать. Старик понизил голос до хриплого шепота, похожего на порыв ветра, от которого шелестят осенние поредевшие кроны деревьев.

– Мне нужно поговорить с вами… Объяснить вам, что происходит. Вы находитесь в опасности… – Внезапно Энди замолчал.

– Эй, что здесь происходит? – раздался рядом голос Финна.

Подойдя сзади, он положил руку на плечо жены, а потом обнял ее.

– Мистер Маркем, – сказал он, – ваши небылицы наводят ужас на слушателей, вы это знаете? Впрочем, конечно же, уже всему городу известно, что моя жена кричала сегодня ночью во сне.