ощущениям не весила и ста грамм. Не знаю, как, но эта штуковина вмещала в себя души. Внутри

шесть отделений — одно на призрака. Шкатулка являлась средством перемещения душ с места их

смерти, или поимки, до Портала.

Так же вещица становится тяжелее, когда заполняется призраками.

Душа имеет свой вес.

— Пора на покой, приятель, — настороженно сказала я, медленно отрывая Шкатулку.

Заблудший совершил что-то похожее на наклон головы вбок. Возможно, он понимал меня, но все

равно не мог ничего сказать в ответ — этот вид духов не умеет разговаривать.

Негромко сглотнув, я сделала осторожный шаг к призраку. Тот не сдвинулся ни на сантиметр. Он

изучал меня, и от этого тряслись поджилки.

Еще один небольшой шажок, и я остановилась, напрягшись. Как-то странно это. Заблудший не

пытался проявить сопротивления. Если он не против уйти, тогда какого черта было толкать меня?!

— Ладно, — пробормотала себе под нос.

Может быть, все решится мирно? Все-таки, джинсовый сарафан на мне очень симпатичный и стоит

не пять копеек.

Я вытянула руки с открытой Шкатулкой в ладонях.

— А теперь залезай-ка туд…

Последняя буква застряла в горле косточкой, когда Заблудший одним взмахом дымчатой конечности

выбил Шкатулку. Растерянно проследив за ее перемещением и падением, я повернулась к духу, который направил на меня струю плотного сгустка.

Духи умеют создавать всякие штуки в виде сфер, используя свою энергию. Надо сказать, их

приемчики очень неприятные и болезненные.

Значит, по-хорошему все-таки не получится.

Я увернулась от струи в самый последний миг. Она пролетела над головой, задев макушку.

Выпрямившись, приняла оборонительную стойку и обратилась к своему внутреннему источнику

силы.

У меня тоже найдется парочка сюрпризов для Заблудшего. И я не гарантирую, что они ему

понравятся. Что ж, сам напросился.

Сосредоточившись на мощи, зарождающейся дикими импульсами в груди, вообразила, как она

расползается по телу. Гибкая, превосходная, бесконечная сила. Стремительный жар охватил меня с

головы до пят, но силой мысли я направила его в свои сжатые кулаки.

Мгновение — и их покрыло ослепительное, чистое, белое пламя.

Алмазный огонь. Воистину великолепный, редкий и красивый.

Пламя, доставшееся мне по наследству.

Оно не причиняло абсолютно никакого дискомфорта. Наоборот — даровало силу и ощущение

безопасности.

Жаль, что у Заблудшего не было лица, и я не могла видеть его реакцию. Было ли ему страшно? А

должно. Пламя Ловцов — истинная магия — способна причинить духам боль. Оно так же может и

уничтожить их, если постараться. Является отличным оружием в борьбе со злыми, окончательно

свихнувшимися призраками.

Согнув одну руку в локте, я встряхнула кистью, и от моих окутанных пламенем пальцев ввысь

взметнулся белый шар средних размеров. Он завис в воздухе и послушно ждал моего мысленного

приказа, чтобы полететь к Заблудшему.

— Не сопротивляйся и иди со мной, — жестким тоном сказала я.

Чувствовала себя немного глупо, разговаривая с тем, кто не мог ответить мне.

Призрак вновь наклонил голову. Ему, типа, совсем не страшно?

Да мое пламя его на куски порвет, если я хорошенечко разозлюсь!

Не то, что бы мне было очень важно выглядеть в глазах какого-то там духа крутой, но его

равнодушие слегка задевало мою девичью гордость.

Все произошло настолько быстро, что я даже не успела понять, как отлетела назад и впечаталась в

стену здания магазина. Нехило приложившись головой, я беспомощно рухнула вниз.