|
Но его недовольство ни капли не смутило домового, он продолжал собирать на стол, поставил деревянную ложку, зачерпнул воды из бочки, поставил крынку на стол. На вопрос хозяина дома, отозвался ворчливо:
– Да неужто мы супостаты какие – живого человека на порог выгонять, когда там лухари лохматые рыщут? Сам знаешь, обидишь путника, не будет тебе в ярмарочный день удачи…
Последнее он пробормотал как бы про между прочим, но именно это произвело на него особое впечатление, одновременно внушив Неждане надежду сговориться – маг определенно был падок на золото. Усевшись за стол, Неждана принялась за предложенное угощение, не забывая благодарить «доброго хозяина», и при этом стараясь избегать встречаться взглядом с колдуном и тайком разглядывая его жилище – странное, пропитанное запахами запретных трав и снадобий. Особенно ее привлекало золотистое свечение, которое проливалось из-под задернутого полога одной из ниш. Заметив, что гость смотрит туда, хозяин, помрачнев больше прежнего, встал и поправил полог, спрятав от любопытных глаз то, что за ним находилось. Неждана сделала вид, что ей все равно. Отодвинув от себя тарелку, еще раз поблагодарила Малюту, посмотрела на хозяина вопросительно:
– За тебя молитву богам пошлю, коли скажешь мне свое имя.
Молодой колдун криво усмехнулся – правый уголок губ взметнулся вверх, упрямый взгляд полоснул снисходительным недоверием.
– Имя мое тебе, путник, ни к чему, как и мне – твои хвалы богам, я с ними давно порознь живу.
Неждана осеклась, проглотила невысказанной заготовленную фразу, отвела взгляд – Малюта, неодобрительно покосившись на хозяина, почесал кончик носа, но промолчал и сделал вид, словно не слышал ничего.
– А что, вам самим-то не страшно в такой глуши жить? – княжна решила зайти с иного вопроса.
– А чего страшиться: и с такими соседями можно жить, – Малюта, собирая посуду, усмехнулся. И замолчал.
Разговор не клеился. Неждана не теряла надежду вывести его в нужное ей русло:
– А что, ярмарка в этом году богатая? Много ли купцов приехало?
Малюта, покосившись сперва на своего хозяина, стоявшего со скрещенными на груди руками последи дома с самым угрожающим видом, потом на гостя, ссутулился, прошмыгнул в ближний ко входу закуток, чтобы расстелить гостю ложе на ночь – на лавку полетели из сундука подушки да стеганое разноцветное одеяло, отозвался еще более неохотно:
– Много ли мало ли, что о том болтать, ночь на дворе. Спать надобно, – будто подводя черту под несостоявшимся разговором, он отошел от приготовленной ко сну постели, кивнул на нее гостю: – Добрых снов.
При его словах что-то зашевелилось в глубине дома, зло захихикало. Малюта смутился, нахмурился. Проговорил ласково, но с нажимом:
– Ложись-ка спать, добрый человек. Утро вечера мудренее.
Неждана продолжала сидеть за столом, оставшись к нему в пол-оборота. Посмотрела на хозяина:
– Сама судьба привела меня к порогу твоего дома, маг, – проговорила. – Давно ищу спасения, не для себя, для близкого мне человека, родного… От хвори тайной и смертельной, ворожбой насланной. А ты, вижу, сведущ в делах таких. Выслушай меня…
И словно последнее доказательство, сорвала с пояса кошель и бросила его на стол – плотно набитая монетами сумка ударилась тяжело, с шелестом накренилась, склонившись в сторону хозяина дома. |