И вот 10 июля состоялся бой – на исходе дня, ибо король был большим любителем рыцарских романов и пытался возродить пышность Средневековья.

Дуэль длилась недолго. После нескольких выпадов, во время которых Жарнак старался избежать близкого столкновения, из которого ему не суждено было бы выбраться живым, он вдруг резко бросился вниз и ударом кинжала подрезал подколенную впадину своего противника, который тут же упал. А потом, в лучших традициях, Жарнак поставил ногу на грудь своему сопернику и потребовал, чтобы тот сдался. Но он отказался. Тогда Жарнак, которому хватило бы и легкого движения руки, чтобы убить Шатеньерэ, предложил королю решать его судьбу и вновь потребовал сатисфакции. Генрих II был взбешен, он стал белым, как полотно, но не произнес ни звука. Видя это, коннетабль де Монморанси принялся умолять его вести себя по-королевски. Наконец, после слишком затянувшейся паузы, Генрих II сказал: «Вы дрались достойно Цезаря и говорили подобно Аристотелю». Ликование в лагере Жарнака! Но тишина вокруг Шатеньерэ, которому Генрих не простил поражения. И, не надеясь больше ни на что, несчастный разорвал бинты и умер от потери крови…

На следующий год в Сен-Жермене имел место праздник: юная Мария Стюарт, будучи еще совсем маленькой девочкой, приехала в замок. Там ей суждено было прожить десять лет. Двумя годами позже Екатерина Медичи родила здесь будущего короля Карла IX. Здесь впервые (в 1552 году) увидела свет будущая королева Марго. Наконец, в 1555 году здесь состоялась свадьба сестры короля Маргариты с Филиппом-Эммануэлем Савойским. В честь этого события, кстати, и состоялся фатальный турнир в парижском дворце Турнель, на котором погиб Генрих II.

Большим событием был ознаменован 1563 год: Карл IX издал в Сен-Жермене королевский эдикт, согласно которому отныне год должен был начинаться с 1 января.

1570 год – еще один эдикт: о примирении с протестантами.

Но следовало дождаться Генриха IV, чтобы начались времена строителей. Вер-Галан поставил новые стекла в Старом замке и выстроил Новый замок, о котором речь пойдет ниже. А в ожидании этого Генрих IV, в душе остававшийся благонравным отцом семейства, воспитал в Сен-Жермене всех своих детей, как законных, так и внебрачных, что приводило в бешенство Марию Медичи. После смерти короля она поспешила сама взяться за хозяйство и устроила свое потомство в Люксембургском дворце.

Колокола звонили во всю мощь 5 сентября 1638 года: будущий Людовик XIV должен был впервые открыть глаза. А очень скоро (21 сентября 1640 года) на свет появился Филипп, его брат. Все они были крещены в часовне, где после смерти Людовика ХIII его наследник был провозглашен королем. Начался век Людовика XIV, и пока Версаль только вырастал из земли, завлекая своими чудесными стенами короля и двор, в Сен-Жермене разворачивались все важнейшие события его правления.

Сначала были черные дни. Бесновалась Фронда. Анна Австрийская в первый раз в сентябре 1646 года приехала сюда с сыном в поисках убежища, но она вынуждена была вернуться по просьбе эшевенов Парижа. В ночь с 5-го на 6 января 1649 года мать и сын вновь искали здесь пристанища, бежав из столицы. Увы, когда они приехали, замок был далек от совершенства: «Без кроватей, без прислуги, без мебели, – рассказывала потом мадам де Моттвиль, – он был неприбран, и там явно недоставало всего необходимого для королевских особ и для тех, кто с ними приехал. Королева разместилась на маленькой кровати, которую кардинал Мазарини заблаговременно переправил сюда из Парижа. Он предусмотрел еще одну – для короля, нашлось также несколько маленьких дорожных кроватей, одной из которых воспользовался Монсеньор, а другой – король. Мадам герцогиня Орлеанская спала в ту ночь на соломе, и Мадемуазель тоже. Все остальные, последовавшие за двором, имели такое же намерение, и солома вмиг стала столь дорогой в Сен-Жермене, и ее нельзя было найти даже за деньги…»

Вспоминая про этот малокомфортабельный эпизод из своей жизни, Людовик XIV, уже будучи совершеннолетним, поручил Лево и Ленотру привести в порядок замок и его сады.