— А почему ты не позвал в таком случае этого минотавра? — спросил мутант. — У него тоже есть право голоса.

— Задолбаюсь ему переводить, что есть что в технологическом мире. Он там как раз за самоучитель по языку вроде после молитв засел, так что не буду его отвлекать. К тому же он парень неглупый и дисциплинированный до безобразия. Как решим так и сделает.

— Откуда ты это знаешь?

— Чувствую. А мои телепатические способности и острый слух в этом хорошо помогают.

Минотавр действительно пытался учиться самостоятельно, разговаривая с компьютером в рубке на эсперанто. И не так уж и тихо он говорил, я думал, его все слышат.

— В принципе идея стандартного обмундирования экономически выгодна, — внесла свою лепту в диалог хакерша, — в случае получения повреждений, а при нашей работе они будут наверняка, намного легче чинить взаимозаменяемые комплекты. Да и оптом закупать дешевле.

— Против такой формы я и правда ничего не имею, — решил Арахнид, — вот только как быть с моими внешними данными? Они не совсем стандартны, а скрещивать две пары рук на груди не хочется. Примета плохая.

— Не проблема, — ответила ему Аошина, — поскольку вы являетесь инопланетянами, а это очень частые гости и покупатели на Цитроне, вы можете заказать форму в каком-либо специализированном ателье. Стандарты нашей расы мало применимы к другим, особенно негуманоидам, а количество чужих на планете в некоторые годы достигает пятнадцати процентов. Так что соответствующая индустрия развита, можете не сомневаться. За ваши деньги — любой каприз. Продажность и коррумпированность нашей администрации вошла в легенды. И некоторым из них уже не один цикл жизни.

— Прямо так и любой? — усомнился многорукий. — А если я, например, захочу куртку из кожи здешнего жителя?

— За умеренные тот, что не вступает в конфликт с законодательством. За бешенные — вообще ограничений нет. Возьмут только что выращенного подпольного клона, подкупят прозектора в морге или поймают бродягу. А тебе в самом деле нужна такая одежда? Есть у меня кое-какие связи с нелегалами…

— Да ты что! — замахал на нее руками Арахнид, подняв легкий ветерок. — Да меня от одного вида подобного извращения вывернет!

— Ну, мало ли, между прочим, это не слишком то и запрещено. Бывают капризы и похуже. Намного хуже.

— И с этим не борются? Такая коррупция…

— Борются. Вот сколько наша раса существует, столько и борются, никак искоренить не могут. Даже гибель почти всей цивилизации в прошлую эпоху войн не помогла. Имена правителей позабывали, бункеры растащили, а убежища некоторых мафиозных кланов и по сей день стоят. А некоторые, говорят, даже и используются по прямому назначению, являясь одновременно памятниками истории. Ну а вышедшие из них зовутся теперь, само собой, планетарной администрацией, дворянами и императорской семьей.

— Но это же неправильно!

Кажется Арахнид шокирован и подавлен одновременно. Настолько чистая душа, что верит в благие намерения правящей верхушки? Хотя нет, не то, точнее апатия сменяется агрессией. Он начинает злиться, по настоящем злиться. Слова хакерши явно раздули тлеющие до этого угли. Я понял! Он бесится из-за того, что те, кто имеет право приказывать, гребут под себя всеми возможными способами. И такая уверенность у него наверняка была приобретена еще на Земле! Там появилась антипатия и надежда на то, что где-то далеко лучше. А теперь эта надежда разбилась о суровую реальность и парень медленно, но верно впадает в состояние бешенства. И ко мне такое отношение у него не из-за личной неприязни, а потому что в настоящий момент именно я являюсь в глазах мутанта олицетворением всего самого мерзкого в его жизни.