Радий осторожно указал на шар:

– Это?…

– Вам все равно не осознать полный спектр возможностей ока. Не стану и пытаться донести. А теперь… пошли вон! – процедил, с мстительным блеском глаз.

Всех четверых сдуло из кабинета.

Эра прислонилась к дверям и только тогда поняла, что сработало право светлого – их выставили, как щенков. И было бы обидно, если б не было печально.

Валерий взял пачку сигарет в холле в автомате, плюхнулся на скамью в сквере у здания "Генезиса" и с удовольствием затянулся. Уставился в небо, в котором фланировали корветы, потом посмотрел на протянувшийся ряд фонтанов возле ленты клумб, шумящую малышню, и вдруг выплюнул сигарету.

Рядом приземлился Радий. Затем Самара и вот села Эрика. Все четверо смотрели перед собой и были вместе, хотя вели себя, будто по отдельности.

Шах сорвал травинку, погрыз и тоже выплюнул – горькая, не то, что дома…

И вздохнул – а где его дом теперь? Нет, молодец Стефлер – сделал их всех.

– Сука, – словно мысли его угадал Самер.

Эра ухом не повела – смотрела заморожено за малышей за фонтанами и вдруг вытащила из заднего кармана брюк карту и не глядя, выставила Радиону. Тот вздохнул, остальные лишь покосились на нее.

– Забудь, – бросил Радий и попер по аллейке в сторону стоянки корветов.

– Мы можем…

– Ни хрена мы не можем, Эра, – тихо и отчаянно процедил Самара. – Головой подумай – карантинная зона, это тебе даже не система охраны совета федераций. Ни один корабль не пройдет и мимо зоны, кого уж – в зону.

– Рейдеры, – выдала упрямо.

Мужчина вздохнул:

– Хочешь услышать очевидное? Хорошо – ни один не станет рисковать и подходить близко. Карантинная зона предполагает дежурство станции – маяка на границе, любого кто подходит развернут автоматически, а будет переть – снимут.

Помолчал, и уже встав, кинул на нее пронзительный, больной взгляд и сказал:

– И три дня жизни прибавь. Ты землянка, человек из плоти и крови, а не биоробот или как их там, хрен, мать – биоклон. У тебя больше нет стабилизатора.

И пошел прочь медленно, не глядя по сторонам.

Вейнер смотрел перед собой и жевал электронный фильтр-стабилизатор никотина. И выплюнул:

– Обойдется, – бросил глухо девушке и пошел прямо, сунув руки в брюки.

Эра уставилась в небо, в котором было видно одно солнце, а не два, как хотелось, и вдруг почувствовала легкую волну слабости, уже знакомой и понятной.

Замерла, пережидая ее и, криво усмехнулась, вспоминая последнюю ночь с Эрланом:

– Кажется, не обошлось…

14 дней спустя

Шах сделал последнюю затяжку, поджидая Эрику. Забрал у нее тяжелую сумку, закинул в салон "стрекозы". Огляделся, прощаясь, и откинув окурок, махнул пилоту: заводи. Запрыгнул внутрь.

Радий, не обращая ни на кого внимания, продолжал бодро бегать пальцами по интерактивной клавиатуре, высвечивающейся у него под руками. Планшетный мини плейстер, последнее достижение техники, явно был по достоинству оценен хозяином и выдавал нужное без сбоев.

– Ну, вот, – потер руки мужчина и тут же придержал, наклонившийся на ноге плейстер – "стрекоза" пошла на взлет. – Стартуем через девять часов. Рейдер "Жорж Санд".

Самер выгнул бровь:

– Ты не перемудрил? Лакабовский возьмется нас доставить? Рискнет? И на маяк плевать?

– Угу. Маяк дестабилизируем на месте, – опять что-то отбил на клавиатуре. – А за такую сумму и я бы доставил в лучшем виде, – ухмыльнулся, указав ребятам высветившуюся в воздухе цифру.