Наконец чернильная темнота впереди действительно сменилась какой — то темно — серой хмарью, по крайней мере на пару шагов вперед я стены видел. Ну или догадывался, что вот это — они. Не переставая одной рукой ощупывать стену впереди, а второй, с кинжалом, шарить на уровне лица, я шаг за шагом осторожно продолжил путь. Ступенек через двадцать коридор наконец немного расширился, я перестал тереться крыльями о стены и стало возможно выпрямиться. Так же аккуратно спустился еще шагов на сорок.

Не — е, так дело не пойдет. Я могу просто пропустить какой — нибудь поворот или отнорок, в который и надо будет сворачивать. И это хорошо еще, что коридор пока идет по прямой, если обернусь — увижу выход. А если он повернет? В голову полезли кадры из фильмов, где герои теряют дорогу в подземных лабиринтах. Вот блин! Против моей воли в голове нарисовалась такая картинка, где этим героем был я. Даже померещилось, что стены как — то сузились, обступили и вот — вот зажмут в своих каменных объятиях. По спине забегали мурашки, захотелось вздохнуть полной грудью, потому что показалось, будто стало не хватать воздуха. В сознание впрыгнула паническая мысль: «Надо бежать наверх! На воздух!».

Спокойно. У меня же есть кремень. Достал из рюкзака сильно смахивающий на продающийся во всех туристических магазинах кремень в виде стержня и чиркнул по нему обухом кинжала. Сноп искр высветил неширокий ход с заваленным мусором полом, низким потолком, до которого я почти доставал головой. А метров через пять — поворот. Ну вот, дождался! Я отмахнулся от отчаянно трусящего альтер эго и относительно смело прошагал эти пять метров. Опять высек искры. Поворот налево, под прямым углом, а за ним — все тот же спуск вниз. Во тьму. И тьма, кстати, сгущалась — за поворот даже остатки света от входа уже не проникали.

Блин, ну куда меня несет? А если кремень кончится? Или нет, я его оброню? Непроизвольно сглотнул слюну. И шагнул за угол.

До следующего поворота я так и продвигался: чирк огнивом — пять осторожных шагов, чирк — пять шагов. Так и добрался до следующего поворота. Снова налево. А когда повернул, то внизу, там, где должен был быть следующий левый поворот (логику строителей я понял), мне показалось какое — то еле — еле видное красноватое свечение.

Здрасте! Ну вот и преисподняя! Как — то недалеко оказалась. Ща как припрусь, как черти удивятся — сам пришел!.. Интересно, юморю — это истерика подкатывает? Мне же офигеть как страшно! Сердце, между прочим, бухает так, что, наверно, наверху слышно. Кстати, а что там наверху? Не явились еще по мою душу? Интересно, где здесь лока возрождения? Если прямо в крепости, то мне бы поторопиться: у эльфа штраф скоро закончится и тогда у меня начнутся очень большие проблемы.

Занятый невеселыми мыслями, я тем же макаром добрался до следующего поворота. Неожиданно за ним обнаружился горизонтальный коридор. И при этом освещенный! Как же я обрадовался свету! Пусть даже его источником выступали три масляных светильника — коптилки, расположенные в нишах коридора метров через пять друг от друга. Всего три светильника — небольшие плошки с носиком, в котором пристроен фитилек, и язычок пламени меньше чем ноготь мизинца — но при их неровном свете уже можно был хоть что — то разглядеть. Разглядел я оформленный аркой проход в конце короткого коридора, заваленный крупными глыбами. Тупик.

Все, приехали? А как же «не выпускать»? Или «караулить»? Или «продержать»? О чем же говорили убитые? Вот ведь! Не помню.