«Я тебе ее не отдам» — мысленно с вызовом сказал я ему.

«Посмотрим» — почти явственно услышал ответ. От неожиданности отшатнулся. Телепат?

— Он у них не телепат, часом? — спросил ребят.

— Да нет вроде. А что? — ответила за всех Анахита.

Я пожал плечами.

Снова потрескивает весьма скромный костер. На огне котелок, в воде плещется становящийся привычным набор — поструганное сушеное мясо. Компанию ему составили зачерствевший сыр и дикий лук, найденный по дороге.

Моя левая рука аккуратно упакована в лубок. Под деревяшками какие — то лекарственные травы, к моему стыду неопознанные мной. А еще травник, называется! Сапоги прописались в мешке, шел я без них, но плащ накинул. Теперь вот подстелил под задницу, и слабый ночной ветерок слегка треплет мои перья. То Рус, то Анахита изредка бросают на них заинтересованные взгляды.

Мы решили отойти по берегу как можно больше на юг, а потом, уже в начинающихся сумерках, вломились в прибрежные заросли. У подножия очередного холма обнаружилась небольшая полянка, как раз размером с мою комнату. Коллективно решили, что лучше места не найти, и разбили лагерь. Рус принес с вершинки несколько камней, устроили импровизированный очаг. Мы с Аней насобирали валежника, благо в прибрежном лесу в нем недостатка не было. Пожалел, что не успел поохотиться, на что эльфийка заявила, что и правильно. Нечего невинных птичек убивать. Чуть не проинформировал ее, что буквально несколько часов назад я переловил их здесь кучу и все отправились прямиком в мой желудок. А одну так вообще почти живьем. Но сдержался.

Сижу, смотрю на огонь и жду вопросов. Я не знаю, что на них буду отвечать. Мысли, если честно, невеселые.

— Феникс, так ты расскажешь нам об икарах?

Девчонка все же не выдержала первой:

— Я… — горло чуть сдавило, — я не могу вам о них рассказывать. Есть такая штука — договор о неразглашении.

Рус, пожав плечами, бросил на Анахиту выразительный взгляд: «я же говорил!».

— Ну тогда намекни хотя бы, где можно почитать…

— Я могу рассказать.

По правде говоря, даже меня подбросило. Рус так вообще вскочил с занесенным топором. Из темноты в круг света выступила темная фигура: короткий плащик, застегнутый на правом плече, темная рубашка, темные штаны, заправленные в короткие сапоги. Сверху — берет с пером.

— Уберите топор, молодой человек, вы ничего мне сделать не сможете.

Потом посмотрел на меня, в сердцах выдохнул:

— Эх, Саша — Саша, что же ты наделал?

Глава 50. Конец игре?

— Спокойно, Рус, это свои.

И добавил, обращаясь к ночному гостю:

— Я, честно говоря, ожидал кое — кого другого. Присаживайся.

Глеб снял свой щегольской берет и расположился рядом со мной прямо на земле. Я непроизвольно отметил, что теперь костер как бы разделял нашу компанию: хоть изначально мы втроем у костра размещались по равнобедренному треугольнику, но постепенно Рус как — то незаметно сместился ближе к девушке, и вот теперь мы с Глебом почти бок о бок, ребята — напротив.

— Невежливо начинать разговор, не представившись. Можете называть меня Админ, — мой друг изобразил намек на поклон, — кстати, совсем забыл…

Он протянул мне узелок. Там обнаружились продукты и несколько пузырьков с алхимией.