— Тогда вытянешь ее и снова сбросишь веревку мне.

В голове искрой мелькнула мысль: «Я вытягиваю Анахиту, но вот незадача, парня не успеваю». Отогнал.

— Русик, как я это сделаю одной рукой?

Правда, тут же подумал, что можно попробовать ногами… К лешему такие мысли!

— Че — е–рт, — протянул парень.

— Да кончай ты нечистого вспоминать. Значит, так: я закрепляю и сбрасываю веревку, ты обвязываешь нашего лекаря, а потом поднимаешься сам. Мухой. И вытягиваем ее. Ок?

— А если не успеем?

— Все, кончаем балаган, других вариантов нет. Давай, на «три» — кивнул ему, чтоб снова приготовился меня подбрасывать.

— Раз, два. Три! — и меня буквально выстрелило в воздух. Ну ни фига себе он здоровый, метров на пять запулил!

Сначала прошел с набором, маша крыльями немного в сторону моря вдоль вдававшейся в него скалы. Развернулся и не удержался, чтобы не пронестись над самыми головами ребят в пологом снижении. Аня присела, прикрываясь рукой, Рус остался стоять столбом. Резкий разворот, и я пошел по спирали, стараясь не сильно высовываться из — за поворота. Отметил про себя, что противника еще не видно. Подавил желание слетать на разведку — выносливость быстро кончалась, все — таки здоровье я подтянул снова едва ли на треть.

До верха хватило, у самого карниза меня подхватил динамик и выплюнул вверх над обрывом. Я увидел поросшее травой поле, недалекий лес, здесь приблизившийся меньше чем на сотню метров. Взгляд скользнул дальше — все те же холмы, местами проглядывающие голыми вершинками. Вокруг ни души.

Посадка с ходу. Ну и за что здесь закрепить веревку? В нескольких метрах от обрыва в маленькой ложбинке рос колючий кустарник. Царапая руку, обмотал вокруг, завязал узел, придерживая одной лапой. Подергал — держится. И скинул бухту вниз.

В душе немного ёкнуло — а хватит ли веревки донизу? Это же не с речного обрывчика. Здесь дизайнеры локаций развернулись вовсю. Но через несколько секунд веревку снизу подергали. Хватило.

Любопытствуя, перегнулся и заглянул через край — что там? Когти поехали по влажной траве, нелепо взмахнув руками, ухнул вниз. Тут же раскрылся, заложил вираж. Снизу Руслав поспешно обвязывал веревкой девушку. Ну, давай, не тяни!

Протянул чуть в море, заглядывая за поворот. Пока никого. Блин! Мелькнула мысль: «А они назад не пошли? Сейчас, пока мы тут выкарабкиваемся, они обойдут нас поверху…».

Посмотрел, что творится у ребят. Рус закончил обвязку, подпрыгнул и полез чуть ли не на одних руках вверх. Ловко у него получается! Прикинул свои шансы, да — а–а… Мне с ним не соревноваться.

На всякий вернулся к кусту, проверил веревку — держится. Петля стянула ветки в пучок, но куст и не собирается выкорчевываться из земли. Еще бы! Он здесь на таком ветру растет, хочешь не хочешь корни поглубже в землю запустишь.

В нетерпении опять стартанул, опять вираж над морем. Рус уже преодолел половину дистанции и темпа не сбавляет. Спуститься к нему? Глянул шкалы — не получится. Выносливость, выгоревшая почти в ноль при подъеме, успела восстановиться только на четверть оставшейся шкалы. Пока я в зоне динамика парю — почти не расходую. Но провалюсь чуть ниже, тогда только внизу садиться и там восстанавливаться.

Прикинул: может, все же спуститься? Шкала сейчас короткая, много времени на заполнение не уйдет, в мешке должны были какие — то харчи остаться… И в этот момент заметил движение внизу, под выступавшим в море мысом, протянувшимся ко мне почти цилиндрическим боком. На береговой террасе, в самом начале длинного — предлинного поворота, показались люди. Погоня!

Самого тупика и ребят они еще не видели, а я от греха прижался ближе к берегу.