В доме № 153 по аллее Кристоффо Коломбо разместилось ядро американской системы прослушивания телефонных разговоров в Италии, замаскированной под службу связи НАТО. Результаты круглосуточного прослушивания городской телефонной сети отправлялись в несколько адресов. Среди них — резидентура ЦРУ в Риме. Интерес провинциального комиссара Вентури к неофашистскому подполью показался кое-кому в Риме подозрительным.

В ночном поезде Рим — Турин комиссар Вентури так и не смог уснуть. Ему были неприятны советы однокашника.

Утром Мэрфи поехал в банк за деньгами. В Токийском банке у него лежала приличная сумма, а чековую книжку он всегда держал при себе.

Кристиан остался один на один со своими мыслями. Вопросы, которые он вновь и вновь задавал себе, оставались без ответа. С какой целью создан институт? Зачем там понадобился мюнхенский физик Норберт Хартунг? Почему, в конце концов, пытались убрать его, Кристиана? И что это за могущественная организация, к услугам которой и самолеты, и наемные убийцы? Которая действует и в Латинской Америке, и в Японии, и, быть может, в других странах?

Кристиан метался в тесном гостиничном номере, безумно скучая по привычному образу жизни: разбросанным по столу бумагам, портативной пишущей машинке, которая сопровождала его повсюду. Вынужденное безделье угнетало его.

Кристиан подошел к окну и сразу же разочарованно отвернулся: гостиничные окна выходили на боковую стену стоявшего совсем близко высотного здания. «Мэрфи, видно, здорово напугала вся эта история, — подумал он, — я же предлагал остановиться в гостинице поприличнее».

В это время открылась дверь, и в номер не вошел, а влетел Мэрфи.

— Вот и вы, Дональд, а я как раз... — начал было Кристиан.

Мэрфи резким движением запер дверь и прислонился к ней спиной.

— Что случилось? — удивленно спросил Кристиан.

В широко раскрытых глазах Мэрфи Кристиан увидел страх.

— Там, внизу, я чуть не столкнулся с ними... Два японца... Они показывали портье фотографии... Наши фотографии. Я поднялся сюда по боковой лестнице.

Теперь и Кристиан почувствовал, как стучит у него сердце. Минуту они смотрели друг на друга. Первым овладел собой Мэрфи.

— Я взял два билета до Лондона. Вылет через четыре часа. Дай бог, чтобы нам удалось целыми и невредимыми убраться отсюда. Слушайте и запоминайте. — Мэрфи говорил сосредоточенно и четко: — Сейчас выходим и спускаемся на разных лифтах. Вы выйдете из гостиницы через боковой ход, пройдете вправо, там стоянка такси, возьмете машину и поедете в аэропорт. Но идите в зал прилета и ведите себя так, будто встречаете кого-то. Найдите место поудобнее, не слишком заметное, но и не чересчур уединенное, чтобы не бросаться в глаза.

Кристиан молча слушал.

— А вы?

— Обо мне не беспокойтесь, я поопытнее вас. Вот билет. Когда объявят рейс, не торопитесь. В самолет надо подняться в общей массе пассажиров. Встретимся прямо в самолете.

Кристиан кивнул.

Мэрфи выглянул в коридор. Пусто. Он вышел и махнул рукой Кристиану. Боковой лифт был занят. Когда Кристиан оглянулся, пилота уже не увидел.

В лифте Кристиан оказался с несколькими японцами. Ему стало жарко. Он почувствовал, как струйки пота потекли у него по спине. Секунды, пока лифт не достиг первого этажа, показались ему нескончаемыми. Никто не обратил на него внимания, и он, следуя указаниями Мэрфи, благополучно добрался до стоянки.

В аэропорту было шумно. Кристиан совсем отвык от такого скопления людей.

Кристиан сел в кресло и пролистал несколько газет. Временами он внимательно оглядывался, надеясь увидеть Мэрфи. Потом отправился выпить кофе. Немного прогулялся. В аптеке купил таблетки от головной боли. С полчаса кружил по зданию, пока не уперся в вывеску «Парикмахерская».