— Как же страшно, — наконец нарушил всеобщее молчание Шальшок.

Салис продолжал обдумывать новые сведения.

— «Умножающий познание умножает скорбь» сказал однажды мудрец и не ошибся, — ответил лысый. — Кто-то прячет голову в песок, а кто-то борется за свое будущее и будущее своих детей.

— Но вы все из имперской безопасности, — сказал Монлис. — Значит, у этой организации есть сведения о том, что на самом деле кроется за сектами и миссионерами. Куда же смотрит правительство? Куда смотрят законники, имперская безопасность? Или что, все продается?

— Не все, — спокойно ответил Кенис. — Но очень многое покупается. Особенно когда речь идет о власти, и выбор стоит между счетом в банке и местом на кладбище. Всегда есть кто-то, кто надеется отхватить свой кусок пирога, при дележке нового порядка. Ведь чиновники нужны при любой власти. Немало желающих половить рыбку в мутной воде. А кто-то ждет момента, чтобы взять ситуацию в свои руки.

— И что дальше? — спросил Салис. — Ну, вот нас уже девять. А дальше?

Монлис посмотрел сначала на инспектора, потом бросил короткий взгляд на Неверова и снова посмотрел на инспектора.

— Мне просто интересно. Что дальше? Судя по всему, вы знаете даже имена.

— Некоторые, — ответил Кенис. — А вот большего мы пока что сделать не можем.

— Что, тоже политика? — тон Салиса стал насмешливым.

— Не кипятитесь, инспектор, — сказал Морул. — Мы тоже не Боги и многого не можем. Но кое-что делаем. И тот же Летерис по мере сил принимает участие в общем деле. Именно он добился финансирования «в совете безопасности империи» программы противодействия психотронной обработке гражданского населения Фербиса. Только ступени на которых мы стоим разные и действия наши оцениваются по-разному. Если я послу по харе тресну, это будет обычная хамская выходка пьяного полковника. А если Летерис ему в рожу плюнет, это уже провокация. Межпланетный скандал. Не дети, должны понимать, что в таких случаях бить надо наверняка и с первого раза. Ну что толку с того, что вы с разбегу влетели лбом в стену? Ну, посадили вас.

— Кстати это они мне сказали, — вставил Неверов, — где именно ты сидишь, и кто тебя туда упрятал.

— Спасибо, — сдержанно поблагодарил Салис.

— Вартонус конечно скользкий тип, — продолжил Морул. — Есть подозрения, что он шустрит и «нашим и вашим», но прямых доказательств нет. У нас на многих нет прямых доказательств.

— А нам теперь что делать? — спросил Салис.

— Вам лучше сбавить обороты, — сказал Кенис, — а для видимости продолжать помаленьку собирать информацию. Пусть все думают, что вы по инерции продолжаете следствие. В посольстве США считают, то вы представляете большую опасность для проекта. И если вы не отстанете от миссионеров, есть вероятность того, что Ремингтон пойдет на крайние меры. К Монлису, с фотоголографиями, приходили от Темного. Он в этой пьесе, для правдоподобности, обеспечивает прикрытие в преступном мире коммерческих организаций миссионеров. Вроде как люди бизнесом занимаются и ему дольку присылают.

— А на самом деле? — спросил Салис.

— А на самом деле он ждет момента, чтобы обернуть всю эту машину себе во благо.

— Вы упомянули американского посла… — сказал Салис и посмотрел на Морула.

— Посольство принимает посильное участие в проекте. Правда сам посол, Бил Уоррен, немножко побаивается.