— Спасибо, Сергей Иммануилович! — спохватившись, поблагодарил старика Тумарин.

— Ох, юноша, благодарить не стоит, — покачал головой тот. — Моя немалая вина в том, что это вообще произошло. Голова уже не та. Теряю хватку. Но постараюсь наверстать. Ты лучше вычеркни на завтра из головы все свои планы и верни себе любимую. Удачи.

Послушавшись опытного человека, Тумарин аккуратно вытянул из-под Аривжи покрывало и одеяло, раздел девушку, уложил в постель, скинул все с себя и вытянулся рядом, крепко прижавшись и взяв ее за руку. Аривжа глубоко вздохнула и приоткрыла глаза. Вяло удивилась:

— Денис? Ты здесь? Ты со мной?

— Я обещал тебе, что буду рядом всегда, разве ты забыла?

— Но… — Она обвела взглядом гостевую спальню. — Но ведь я… Я тебя… Меня… Что это?

— Это был сон, любимая моя, — ответил Тумарин. — Длинный дурацкий сон. Он кончился, и больше мы не расстанемся никогда. Забудь. Просто забудь и никогда не вспоминай. Я люблю тебя, моя желанная, моя единственная, моя мудрая и прекрасная. Все сон. В реальности существуем только ты и я.

Пророчество

Хотя по факту Сизарь уже целый год работал только на Тумарина и стоящий за ним концерн «Молибден» — тем не менее Алексей все еще числился завлабом в Курчатовском институте с сохранением пропуска, ключа от комнаты в полуподвальном этаже, застеленном дешевым кафелем, и пыльного стола с подключенным к институтской сети стареньким компьютером. Работать на медлительной системе с допотопным «пингвином» было практически невозможно — но зато он позволял заглядывать в базы данных, защищенные от внешнего мира с его вирусами, «троянами» и червями самым простым и надежным способом: отсутствием соединения.

Разумеется, у Сизаря были все необходимые данные по схемам двигателей, принципам их работы, типам материалов, мощности и прочие спецификации. При необходимости он все это вообще мог перечислить наизусть. Но вот авторов множества идей и изобретений, осуществленных в двигателе «Касатки», имена разработчиков капсул и лазеров, системы стабилизации и синхронизации импульсов и еще многого другого, взятого практически в готовом виде, Алексей, увы, не помнил. А назвать их в своих лекциях молодой человек считал необходимым. Присваивать чужие открытия Сизарь не собирался. Ему хватало своих.

Поскольку местный комп не тянул даже приличного редактора, то свой ноутбук молодой человек тоже воткнул в сеть, открыл панель. «Убунта» загрузилась примерно наполовину, когда на экране вдруг появилась огромная фотография незнакомой девушки с надписью наискосок по краю снимка: «Это твоя судьба. Хочешь узнать подробнее?». Прыгающая зеленая стрелка указывала на угол фотографии.

Пока изумленный Сизарь созерцал эту картинку, она вдруг скрутилась в точку и исчезла. Компьютер продолжил загрузку. Алексей тут же заглянул в систему, проверил ее на предмет посторонних программ — но ничего лишнего и странного не нашел.

— Наверное, галлюцинация, — решил он. — Или у меня, или у ноута.

Сизарь открыл текст и принялся листать лекцию от одного помеченного места до другого, сверяя упомянутые открытия с базой данных института, чтобы вставить фамилию первооткрывателя или разработчика. Примерно через час работы экран внезапно дрогнул, в редакторе появился сигнал автоматического сохранения, после чего перед ним опять возникло то же самое лицо: голубые глаза, каштановые волосы, тонкие брови и задорно вздернутый нос.