Кацумата-сан стоял в стороне и сосредоточенно наблюдал.

Тем временем водители машин, ехавших по Можайскому шоссе в обоих направлениях, начали интересоваться тем, что происходило у километрового столба с отметкой 61. Машины замедляли ход, пассажиры и водители показывали пальцами на необычные насекомообразные механизмы. Ивану видно было, как люди улыбались, что-то говорили друг другу. Они тоже попали к нему в кадр.

Гранитов вдруг заволновался.

— Прекратите на время съемку! — приказным тоном сказал он Ивану.

Тот удивленно поднял брови.

— Поработайте немного регулировщиком, — уже мягче произнес Гранитов. — Все равно основная масса роботов сейчас в лесу…

— А что случилось? — не понял Иван.

— Когда водители так сильно отвлекаются, — пояснил Гранитов, — недалеко и до беды. Могут столкнуться друг с другом, а это уже дорожно-транспортное происшествие. Или наедут на нашего робота, врежутся в автобус…

— Но я не умею регулировать движение, — смущенно сказал Иван.

— А тут нечего уметь, — возразил Гранитов. — Вот вам красный фонарик. Встаньте возле автобуса на проезжей части и мигайте попеременно в обе стороны… Кацумата-сан вам поможет.

И он поманил гостя рукой.

— А вы куда?

— Подскочу в Большие Вяземы на пост ГАИ и попрошу нам помочь, — сказал Гранитов. — В общем-то, это моя вина, я должен был об этом подумать.

Он сел в «Жигули» и уехал в сторону Москвы, а Иван Сухой и Кацумата-сан начали наводить порядок на шоссе.

Иван шагал вдоль посадок сосны, то и дело останавливаясь и приникая к видоискателю камеры. Он снял уже несколько сюжетов о работе ООС 27–46 в лесу. Вокруг слышалась оживленная возня: роботы-чистильщики шарили под деревьями, среди кустов, под корнями деревьев, на пригорках в поисках отходов современной человеческой цивилизации. Он мысленно нумеровал сюжеты. Первый — два робота волокут к шоссе тяжелую чугунную ванну, видимо, еще дореволюционного выпуска. Второй — заняты трое роботов: двое держат большое металлическое сито, а третий просеивает сквозь него землю. На поверхности сетки остаются мелкие предметы — гвозди, осколки стекла, камни и пули… Третий — робот роется в корнях могучей ели и извлекает на свет проржавевший меч, которым, вероятно, рубились наши предки еще в начале XVII века, в пору нашествия на Москву Лжедмитрия II.

Ивану вдруг пришло в голову, что нужно придумать какой-нибудь броский текст к этим кадрам, вроде: «О, Русская земля! Сколько нежданного-негаданного таится в недрах твоих!..» Он поймал себя на мысли, что перестал думать о каске. Было бы удивительно, если бы она нашлась — это все равно что найти пресловутую иголку в стоге сена.

…Роботы один за другим выходили из леса на шоссе с корзинами, наполненными всякой всячиной. Рядом с автобусом стоял теперь регулировщик ГАИ и энергично работал жезлом, показывая водителям, что следует соблюдать осторожность.

Иван последовал за роботами, намереваясь снять кадры погрузки крупногабаритного лома. Он поспел как раз вовремя. Роботы общими усилиями запихивали в контейнер громоздкие части кабины грузовика.

Было мгновение, когда Ивану вдруг показалось, будто на ленту транспортера неизвестно откуда упала простреленная, проржавевшая каска. Он метнулся вперед, стараясь получше рассмотреть овальный предмет с налипшей на него землей, который механизмы увлекали в глубь бункера. Новая порция лома, вывернутая на ленту очередным подоспевшим роботом, поглотила каску.