Так вот сегодня мне довелось лицезреть ещё трёх красоток это рода-племени. И если Лиса, ставшая Валькирией совсем недавно, ещё как то могла сойти за нормальную девчонку, то Рита и Хаски, на роль заблудившихся, несчастных девушек не подходили.

Я же наивный думал, что кубики пресса, это только у Белки, ан нет, эти красотки тоже могли этим похвастаться. Нет, девчонки не выглядели культуристками, у которых плечи шире бёдер, только, от этого не легче. Они больше походили на легкоатлеток, с повышенной плотностью мускулатуры.

Помните, что та же Белка, была на ощупь как каменная. Хотите себе мягонькую любовницу, идите мимо дев-воительниц. Да уж…

Я даже не поленился, подошёл поближе, к стоящим в эффектных позах красоткам, во время демонстрации обновок, и потыкал пальцем в живот всех по очереди. Так вот живот был только у Мальвины у остальных пресс.

— Согласен, — хмыкает Степаныч, сразу угадавший мои мысли. — Если и соблазнять мужиков, то лучше их одеть.

— Ты это на что намекаешь? — возмутилась Хаски, тряхнув внушительной грудью.

— Да на то, милая моя, — усмехается Хан, — что в таком виде ты выглядишь опасной. Нет, вы девчонки, без базара, красивые, но боюсь, бандиты не купятся. Хотя если отправить только Мальвину и тебя, то шансы есть, уж больно у вас буфера хороши, но если всей компанией, это провал.

— То есть, соблазнение толпы мужиков отпадает? — с облегчением выдыхает Лиса.

— А мне вот, интересно, куда вы береты прятать собирались? — неожиданно вмешивается Семён.

Да уж… Очередной план летел коту под хвост. Ибо локис был прав. Именно в беретах у Валькирий находилось «Перо ангела», как и у нас. И, несмотря на то, что колер у них не голубой, берет остаётся беретом. Тем более в ночи, при свете костра, цвет вообще будет не различить. Так что бандиты, просто обязаны догадаться, что это подстава. Ну не предусмотрено в бикини карманов…

Так что пришлось прямо на ходу рожать другой план, осталось только Изи уговорить. А она уговариваться не хотела. Она вообще сидела красная, как рак, пока наши девчонки дефилировали по залу совещаний, демонстрируя свой новый прикид.

— Ну что, красавица, — чуть ехидно смотрю на Изи, — сразу согласишься или будем ждать, пока ты меня уговоришь, на то, чтоб я тебе разрешил надеть бикини и поставил в пару к Мальвине?

— Я? — локисса удивлённо тычет себя пальцев грудь. — Уговаривать тебя, чтоб ты разрешил надеть вот это? — и тычет пальчиком в девчонок.

— Ага, — киваю. — Ты же у нас сознательная и жалостливая. Вот смотри, — поднимаю правую руку пред собой, ладонью вверх, — на одной чаше весов, страдающие на руднике люди: боль, грязь, унижения. А на другой, — поднимаю левую руку, — ничего. У тебя же даже аргументов против нету.

— Есть! — вскакивает локисса. — Я это не надену!

— Это не аргумент, — усмехаюсь. — Приведи хоть один, давай брякни что-нибудь такое, чтоб девочки обиделись. Лишись всех подруг. И так… Чем же тебя не устраивают, эти прекрасные наряды, в которых наши девочки выглядят как богини красоты? — покачиваю вытянутыми руками, изображая весы. — Смотри… Страдания живых людей и отсутствие аргументов.

Вот уверен, что у Изи было что сказать… Однако, после того, как Пума с задумчивым видом хрустнула костяшками пальцев, а Мальвина впечатала правый кулак в ладонь левой руки, аргументов не оказалось. Ещё и взгляды у подруг были очень многообещающими…

— Мы же не успеем сшить на меня, — звучит последняя попытка локиссы соскочить.