— «По крайней мере, он ничего не почувствует. Однако такое везение грозит только ему».

Вайолет отвернулась:

— Пожалуйста, перестаньте об этом говорить.

Она вышла обратно во внешнее помещение, и Раян последовал за ней. Оказавшись там, они использовали свою силу, чтобы перетащить на место тяжёлую плиту, закрывавшую вход во внутреннюю камеру. Затем Раян принял дополнительную предосторожность. Взяв тяжёлый моток свинца, имевший вод чего-то вроде верёвки, он заправил его в щель по периметру двери, и расплавил, утрамбовывая.

Внутренняя камера была запечатана.

— Если что-то пойдёт не так, то мы не сможем быстро вытащить его оттуда, — заметила Вайолет.

— «Если что-то пойдёт не так, то открытие этой двери будет последним, что нам следует делать», — поправил Раян.

Внутри камеры Блэйк держал дрожащими руками одну из стазисных шкатулок Бриджид. Не было причин нервничать.

— Это будет легко, — сказал он себе.

Поставив шкатулку внутрь саркофага, он сделал глубокий вдох, он повернул ручку на её крышке, отключив стазис и отперев шкатулку. Сняв крышку, он вытряхнул содержимое шкатулки на коматозного мужчину, и замер.

Наружу выкатился маленький, круглый плод с коричневой кожурой. Фрукт остановился, и Блэйк увидел трещину у него на боку. Он невольно подскочил, когда увидел намёк на движение. Из щели выбиралось крошечное, похожее на осу существо.

— Блядь! — Он обошёл саркофаг, и начал толкать тяжёлую каменную крышку, закрывая его, но та была тяжёлой, и двигалась с трудом. На долю секунду он начал использовать свой эйсар, прежде чем спохватиться. — Блядь. — Он стал толкать сильнее — адреналин и страх придали ему сил, в которых он нуждался, и Блэйк навалился плечом на крышку саркофага.

Та со скрипом встала на место.

Блэйк потратил несколько минут, проверяя себя, осматривая своё тело сверху донизу, ища что-нибудь, что могло вырваться из саркофага перед тем, как он задвинул крышку до конца. Затем он обыскал пол и стены вокруг каменного гроба, чтобы точно убедиться.

Подойдя к двери, он крикнул:

— Ладно, готово. Выпускайте меня! — Однако он не был уверен, могли ли они его слышать сквозь толстый слой камня. «Может, стоит ментально послать им это», — задумался он. «Сколько эйсара это выпустит? Имеет ли это значение, если крышка на месте?»

Конечно, они заранее условились о том, чтобы подождать час, прежде чем открыть дверь, но страх и новое чувство клаустрофобии заставили Блэйка передумать на этот счёт. Из гроба послышалось тихое шуршание, и он повернул лицо в ту сторону.

— Спокойно, дыши глубже, — сказал он себе. — Всё хорошо.

Тут он услышал приглушённый крик. Наверное, Крайтэки уничтожили магию, которая держала их подопытного в коме.

— Глупая была идея, — сказал Блэйк. — Зачем я вообще вызвался? Никогда больше не буду так делать.

Крики стали громче, перемежаясь гулкими ударами, когда находившийся внутри мужчина начал дёргаться, или, быть может, биться о стены своего каменного узилища.

Блэйку стало тошно. У него закружилась голова. «У меня что, участилось дыхание?». Он сознательным усилием заставил себя дышать медленнее.

— Всё в порядке. Саркофаг закрыт. Всё хорошо, саркофаг закрыт, — повторял себе под нос.

— Сколько их там может быть? — задумался он. Прошло мало времени — минут пять или десять, не больше. Они же наверняка не могут настолько быстро размножаться.

И тут он это выяснил.

Крышка дрогнула, и с гулким ударом подскочила, съехав слегка в сторону, когда находившийся в саркофаге мужчина толкнул её изнутри своим телом.