Если бы Мать Мудрости ей позволила, Изабо скользила бы среди звезд дни и ночи напролет, и она впервые поняла, почему хан’кобанка столько времени проводит в трансе. Но мудрая женщина не разрешила ей, сказав:

— Терпение, Хан. Каждому шагу свое время. Лучше учиться слишком медленно, чем слишком быстро. Слушай тишину и учись.

— Доннкан, спускайся сейчас же! — рассердилась Сьюки. Он захихикал и перекувырнулся в воздухе, бешено колотя золотистыми крылышками. Потом зашлепал по крыльям танцующих нисс, которыми был расписан потолок. — Пожалуйста, Доннкан, спускайся, — попросила его нянька. — Твоя мама скоро придет, а ты знаешь, что пора в постель.

Юркий, точно стриж, малыш устремился вниз и дернул Сьюки за оборку чепца. Пытаясь одной рукой удержать свой чепец, она другой ухватила его за руку, но он ловко увернулся и взмыл на каминную полку, на которой уселся, восторженно лепеча.

— А где мама? Когда придет? Одна минута? Шесть минут? Где дайаден? Не хочу в постель. Можно мне послушать?

Маленькая фигурка, одетая в белую рубашку и ночной чепчик, появилась в дверях, протирая глаза.

— Вы что делаете? — сонно спросил Нил. В свои два года он больше походил на мать, Эльфриду, чем на отца, Айена, белокурый, сероглазый и довольно маленький для своего возраста.

— Нил, ну-ка марш в постель! — прикрикнула Сьюки. — Посмотри, Доннкан, ты разбудил Нила. Фу, какой плохой мальчишка!

Она залезла на табуретку и стащила Доннкана с высокой каминной полки. Хотя он попытался снова дернуть ее за чепец, улететь ему не удалось, и она благополучно слезла с табуретки, распекая его. Держа наследника престола под мышкой, она другой рукой развернула Нила и повела его обратно в его комнату. В этот момент дверь открылась и вошла Изолт с напряженным бледным лицом.

— Ох, прошу прощения, Ваше Высочество, последние десять минут я только и делала, что пыталась уложить их, но не могла поймать Доннкана, а потом он разбудил маленького Нила, и я…

— Ничего, Сьюки, я знаю, каким он может быть. Уложи Нила обратно в постель, а я присмотрю за сыном.

Нянька кивнула и повела Нила в его комнату. Изолт усадила Доннкана на колени. Он обвил ее шею пухлыми ручками и прижался щекой к ее плечу.

— Ах ты, непослушный мальчишка, — сказала Изолт. — Ты же знаешь, что нечестно летать по комнате, когда Сьюки не может тебя поймать. Ты знаешь, когда пора в постель.

— Я боялся заснуть раньше, чем ты придешь, — сказал он, зевая. — Ты ведь обещала, что придешь рассказать мне сказку.

— Прости, котенок, но совет шел очень долго, а я должна быть там, чтобы эти противные лорды не решили сделать какую-нибудь глупость.

— А они решили?

— Пока нет, котенок, но я уверена, что обязательно решат.

— А ты и дайаден опять поедете на войну?

Изолт кивнула.

— Да, боюсь, что так, малыш.

Он попытался слезть с ее коленей, и она отпустила его. Ее лицо стало еще печальней.

Мальчик подбежал к сундуку с игрушками, стоявшему у стены, и вытащил маленький деревянный меч, который Дункан Железный Кулак подарил ему на его второй день рождения.

— Я с вами.

— Мне бы очень хотелось взять тебя с собой, — ответила Изолт, притягивая его к себе.