Он тотчас перевел на нее свой взгляд.

— Правда, я ее еще не видела, — добавила женщина. Исгерд была уже не молода, но еще довольно хороша собой. В черных косах, уложенных на голове, наподобие короны, едва проблескивала редкая седина. На гладком лбу пролегла едва заметная морщинка — Трор подумал о том, что ее не было до его отплытия. Синие глаза его матери излучали спокойствие и толику жестокости. В них, как и в глазах ее сына, не было даже намека на присутствие сентиментальных чувств.

— Кто она такая? — спросила мать, — Очередная твоя игрушка?

Сын усмехнулся ей в ответ.

— Даже если и так? Ты разве против? — осведомился он.

— Конечно же, нет, — произнесла его мать, — Но ты же знаешь, что я жду, когда ты привезешь мне не очередную любовницу, а невесту, которая наконец-то сможет дать мне долгожданных внуков и продлит наш род, — женщина покосилась на Льялл и добавила чуть громче, чтобы дочь расслышала ее слова, — Я боюсь, что мои дети оказались непригодными подарить мне это счастье, — Девушка хотя и сидела рядом с матерью, но словно была погружена глубоко в себя и казалось, не слышала ее слов.

— Когда я встречу достойную меня женщину, то сразу привезу ее к тебе, — сказал Трор матери и тут же вспомнил, как сватался к Гуннару, чья дочь отказалась выходить за него, предпочтя другого мужчину, которого он даже в глаза не видел. Почему-то он заранее ненавидел этого Сигурда, сумевшего завоевать так быстро сердце Кири. Трор со злостью сжал зубы и словно опешил от такой своей реакции. Он заставил себя расслабиться, но образ Кири все никак не выходил из его головы. Интересно, куда определил ее Инне, подумал Трор. Скорее всего, на кухню, там самая легкая работа и еда. Кормчий явно симпатизировал этой девчонке, и это не нравилось вождю. Заметив его настроение, мать положила свою руку ему на плечо.

— Что происходит? — спросила она.

Трор покачал головой.

Когда после, ближе к полуночи, изрядно подвыпившие мужчины растащили столы и, похватав рабынь, устроили веселье с танцами и зажиманиями, Льялл поднялась со своего места и решительным шагом, под пристальным взглядом брата и матери, направилась к концу стола, за которым сидел Инне. Трор видел, как напрягся его лучший кормчий, глядя на приближающуюся девушку. Сидящий рядом с Инне Свенд толкнул его локтем в бок, кивая на Льялл.

— Потанцуем? — сказала она, остановившись перед Инне. Ее полуприкрытые глаза внимательно следили за реакцией Инне.

Тот резко поднялся. Смерил стоящую перед ним девушку холодным, как воды северного моря взглядом и отвернувшись, направился к выходу, оставив Льялл рассеяно и зло провожать его взглядом. Щеки молодой женщины вспыхнули и она рванула в сторону, пытаясь укрыться от взглядов своих родичей.

— Он так ее и не простил, — произнесла мать, глядя вслед сбежавшей дочери.

Трор встал со своего места.

— Я бы тоже не простил на его месте, — сказал он тихо, так, чтобы слышала его только мать.

Женщина только покачала головой.

— Ты куда? — спросила она, когда Трор сделал шаг в сторону дверей, ведущих к выходу, туда, куда несколько мгновений назад ушел его друг.

— Пойду проветрюсь, — ответил он небрежно и улыбнулся матери.

Он догнал Инне у спуска к морю. Услышав шаги за своей спиной, кормчий остановился и оглянулся. В его взгляде проскользнуло что-то такое, отчего Трор сразу догадался — Инне ожидал увидеть здесь совсем не его.

— Все-таки он думает о ней, — подумал Трор, вспоминая Льялл, и приблизившись к другу встал рядом с ним.

Ночь выдалась холодная и лунная.