— Ну? — Даниэль выглянул из-за плеча друга. — Что еще за абракадабра?!

— Древнегреческий, — пробормотал юноша, водя пальцем по рукописным строчкам. — С ума сойти! Третий век нашей эры! Даже у Габора нет такого сокровища, а уж его-то библиотеке мог бы позавидовать самый искушенный читатель!

Голос Ведающего слегка дрожал:

— Это книга древних заклинаний?

— И не только. Здесь приведены описания обрядов и ритуалов, повествуется об истории зарождения магии… А также рассказывается, как сокрыть ауру ведьмы. — Этери указал на рисунок человека, контуры которого были обведены синим цветом; на следующей странице была изображена та же фигура, только теперь заштрихованная черным.

У Даниэля вырвался нервный смешок:

— Хочешь сказать, старшая Кальман замаскировала ауру своей внучки, которая на самом деле не простая девушка, а самая настоящая ведьма?! Ерунда!

— Это могло бы многое объяснить, — парировал колдун, нахмурившись.

— Но зачем она это сделала?! А главное, почему оставила в неведенье свою кровиночку? — недоумевал кареглазый парень.

— Мы опять возвращаемся к тому, с чего начали. Теперь я уже и не знаю, такая ли Эрика обычная, какой видится окружающим, в том числе и нам.

— Здесь указано, как снять заклятие?

Хлопнула входная дверь, и по дому разнесся звонкий мальчишечий смех, которому вторил назидательный голос Изольды.

Этери с поспешностью вернул фолиант в сундук, сверху побросав остальные рукописи.

— Когда появится возможность, загляну сюда еще раз.

— А с Кальман следовало бы потолковать по душам, — напомнил Ведающий.

— Постараюсь ее разговорить. Если она солгала нам, не мешало бы выяснить, почему. — Телефон в кармане завибрировал, а в следующий миг из динамиков понеслись истерические рыдания. — Где ты?! — воскликнул юноша и, получив в ответ сбивчивые объяснения, подхватился. — Уже еду!

— Что случилось? — крикнул вдогонку ему друг.

— Кристиан! — не останавливаясь, прошипел Этери и бросился к лестнице.

Ворвавшись в номер, Батори замер возле двери, стараясь отдышаться после быстрого бега. В полумраке комнаты не сразу разглядел скорчившегося на диване Криса. Рядом сидел Даниэль, всем своим видом выражая растерянность и смятение.

С надеждой взглянув на Этери, прошептал:

— Нужно что-то делать!

Уже несколько часов Кристиан был на грани жизни и смерти. То впадал в беспамятство, то снова возвращался к унылой реальности. На его лице, белом как мел, отображались боль и страдание. Посиневшие губы потрескались, глаза впали, и под ними пролегли темные круги. Лишь прерывистое дыхание свидетельствовало, что внутри него еще теплится искра жизни.

Этери приблизился к юноше и коснулся его холодной руки. Пальцы дрогнули, инстинктивно сжав шерстяную ткань свитера.

Керестей с мольбой произнес:

— Спаси меня…

Повисла гнетущая тишина.

— Не хочу идти наперекор судьбе, — наконец нарушил молчание ведьмак. — И еще! Тебе не кажется, что ты этого заслужил?

— Идиот! — Кристиана скрутил очередной приступ боли. Исходя бессильной злобой, он прошипел: — До тебя так и не дошло, ради чего я это все делал!

Даниэль с сожалением посмотрел на друга:

— Крис, это до тебя даже сейчас ничего не доходит! — Поднявшись с колен, последовал за Этери к выходу. На пороге обернулся, добавив: — Теперь выкарабкивайся, как знаешь.