Кристиан издал трубный вздох, полный безнадежности и отчаяния.

— Это полынь, дуреха! В любой аптеке такого добра навалом. — И буркнул себе под нос: — В латыни, похоже, ты тоже несильна.

Трудно было сразу сказать по-человечески!

Раздраженно хлопнув дверью, потопала назад к сторожу. Незамысловатый скарб вроде ножа и жестяной миски обнаружился быстро, а вот за сладостями и окаянным сорняком пришлось бежать на соседнюю улицу. «Странный какой-то ритуал с использованием горького растения и моего любимого лакомства», — стоя в очереди в супермаркете, размышляла я.

Когда взмыленная и уставшая от быстрой ходьбы доковыляла до музея, застала сторожа за незатейливым развлечением — чтением местной «желтухи». На обложке была изображена полуобнаженная девица в длинных ботфортах; в одной руке у нее извивался хлыст, в другой был пистолет, нацеленный на гарилоподобного детину.

Заметив, что вернулась не с пустыми руками, дедок великодушно предложил:

— Может, чайку вскипятить?

— Возможно, позже, — отказалась я и поспешила вниз.

Ведьмак по-прежнему медитировал над книгой: скрупулезно изучал кожаный переплет, шуршал ветхими страницами, царапал ногтем поблекшие чернила, словно надеялся под краской обнаружить скрытый текст.

— Полизать не пробовал? — поддернула я венгра. — Может, там невидимыми чернилами написано, а под воздействием яда они проявятся.

— Принесла? — не реагируя на мой «плоский» юмор, спросил он.

Я взгромоздила пакет на стол и стала выкладывать покупки. Кристиан раскрыл упаковку с полынью. Высыпав содержимое пакетика в миску, скорбно пробормотал:

— Надеялся обойтись без этой дряни, но, похоже, все-таки придется ее вкусить. — Взяв щепотку, подержал немного во рту. Потом с усилием проглотил, отчего его физиономию слегка перекосило, и выругался: — Черт! Вкус у нее еще тот! Можно сказать, специфический. В составе зелья — еще куда ни шло, а вот в натуральном виде реально дерьмовый. — В несколько глотков осушив бутылку минералки, принялся заедать горечь шоколадом.

— Не знала, что ты такой гурман… И зачем понадобилась эта «вкуснятина», если не секрет? — Опустившись на край стола, стала следить за дальнейшими действиями парня.

— Артемизия абсинти для колдунов, как стероиды для спортсменов, — снизошел до объяснений Крис. Расставив свечи так, что они образовали треугольник, в центр поместил чашу с оставшейся полынью. — Помогает на время увеличить магический потенциал. Обычно используется во время ритуалов, потому как некоторые заклятия требуют больших энергетических затрат. Не хочешь попробовать?

— Нет уж, увольте, — отказалась от столь щедрого предложения. — Не самый приятный способ.

Зеленые глаза юноши потемнели, и в них отразились фитильки ярко вспыхнувших свечей.

— Существуют и другие. Так сказать, более приятные. Например, с кем-нибудь переспать, — буднично проговорил он. — Как по мне, намного лучше, чем глотать всякую дрянь, но ты бы ведь все равно на это не согласилась.

Я возмущенно фыркнула, а венгр продолжал без тени смущения:

— Что естественно, то небезобразно… Правда, ведьмы могут «подстегнуть» колдовство несколько иным способом — находясь на пике эмоционального подъема.

Я невольно покраснела.

— Это ты так подумала! — развеселился Крис. — А я вовсе не имел в виду сексуальную эйфорию. Но, как говорится, каждый понимает в меру своей испорченности… Вы, женщины, народ увлекающийся, эмоциональный и возбуждающийся, — венгр хитро посмотрел на меня, — хотя, должен сказать, практика нужна в любом случае, — закончил он лекцию по волшебству и… принялся вырывать из книги оставшиеся страницы.