— Алхимика убили? — услышала она вопрос Гизелы.

— Это были не наши люди, — ответил Иоахим фон Флорис. — Я думаю, что это епископ Аугсбургский, известный сторонник Папы Римского, велел устранить алхимика Рубальдуса, уже после того как тот рассказал ему о содержимом пергамента и обстоятельствах, при которых он о нем узнал. В любом случае именно епископ Аугсбургский сообщил Папе Иоанну о пергаменте.

— А вы уверены, что жена архитектора — владелица этого пергамента?

Афра напряженно прислушивалась.

— Ну что значит «уверен»? — ответил Иоахим фон Флорис. И после непродолжительного молчания добавил:

— Если честно, я уже ни в чем не уверен. Мы следили за ней, узнали ее жизнь от начала до конца. Но для нас по-прежнему загадка, каким образом именно она стала владелицей этого документа.

— Афра — умная женщина, — ответила Гизела, — умная и имеет большой жизненный опыт. Ее отец был ученым библиотекарем и передал ей много знаний. Вам известно об этом?

Иоахим фон Флорис сдержанно рассмеялся.

— Конечно, нам это известно. И еще многое о ее жизни. Например, то, что она вовсе не венчанная жена архитектора Ульриха фон Энзингена, а всего лишь конкубина и причина того, что он сломя голову бежал из Ульма. Но вся эта информация, которой владеют наши люди, не помогает нам. Я думаю, что ключевая фигура всей этой истории — ее отец, библиотекарь. Но он мертв. Как бы то ни было, мы должны завладеть пергаментом, прежде чем он окажется в руках курии. Если он все еще существует.

— В этом я уверена, — взволнованно ответила Гизела. — Когда я спрашивала Афру о цели путешествия, она говорила, что едет по важному делу. Сначала ей нужно было в Зальцбург. Потом ее планы резко изменились, и она решила ехать в Венецию. Хотя я постоянно следила за ней, я не увидела, с кем она встречалась, и кто убедил ее следовать в иное место. Кто знает, может, Венеция и не конечный путь назначения.

— А где она сейчас?

Гизела пожала плечами.

— Мы встречаемся на постоялом дворе. Афра оставила там свой багаж. Я все обыскала.

— И?

— Ничего. Будьте уверены, пергамента с собой у нее нет. Я осмотрела даже подкладки платьев, думая, что, может, она зашила документ туда. Но эта мысль оказалась ошибочной.

Изгнанник кивнул головой.

— Я сам знаю, как трудно найти этот проклятый пергамент. Вы проделали хорошую работу. Награду найдете в одном из тюков с тканями с нашим знаком.

— Откуда вы знаете, где я оставила ткани?

Иоахим фон Флорис высокомерно рассмеялся.

— Вы что, действительно думали, что рыбак Джакопо встретился вам случайно?

Гизела с ужасом посмотрела на человека в черном.

— Куда бы вы ни поехали, вас встретят наши люди. — Он снова сунул свою руку Гизеле под нос. — Мне кажется, дальше так дело не пойдет. Придется нам взяться за эту Афру и с помощью наших методов заставить ее заговорить. И если она знает, где находится пергамент, то она нам об этом расскажет, клянусь, это такая же правда, как и то, что меня зовут Иоахим фон Флорис!

Афра поняла, что настало время бежать из церкви. Она услышала достаточно. Сердце отчаянно стучало. Афра затравленно оглянулась. Молившийся старик, юная девушка, погруженный в размышления монах — любой из них мог быть лазутчиком отступников. Нужно было исчезнуть из этого страшного города, и как можно скорее! Но пока ей нужно затаиться. Венеция достаточно велика, чтобы предоставить защиту чужакам.