— Нет, это собака Бена. Вернее, он живет у Бена. Мама все время приводит его сюда, но каждый раз, когда его выпускают, он убегает проверить, не вернулся ли Бен.

— Бедный Оскар. — Крисси сочувственно похлопала его по спине. — А где живет Бен?

— А вы не были там? — удивился Трент. —Нет.

— Я был уверен, что Бен приглашал вас.

Крисси подозрительно взглянула на него — опять проверка? Но он улыбался.

— Приглашал, но… скажем так, это была не слишком удачная мысль.

— Вы решили, что он будет приставать к вам?

— Без комментариев.

Крисси почувствовала, что они ступили на опасную почву.

— Так о чем вы хотели спросить?

— Я бы хотел услышать обо всем, что случилось на вечеринке Бена.

— Все? Даже про стриптизершу? — Крисси громко засмеялась.

— Особенно про стриптизершу, — решительно сказал он и закрыл дверь.

Селия вернулась в кухню и стала рассеянно гладить Оскара, ее мысли были где-то далеко. Она осознала, что слишком давно не слышала смех старшего сына.

Сегодняшний его беззаботный смех почти напугал ее, таким он был забытым и непривычным. Так было только во времена Франчески. У Селии всегда были сомнения по поводу прочности этого брака: разумеется, Франческа была очень мила, но для Трента она не подходила. В ней не было огня, искры…

Селия бросилась к кухонному окну. Трент держал Крисси одной рукой за талию, сопровождая ее по двору к конюшне. Мать решительно сказала себе, что не должна вмешиваться, хотя и ломала голову над тем, что происходит с ее сыновьями.

Она задумалась о Бене: Аннабел Харрингтон-Смит будет ему, наверное, подходящей утехой. Это показало ее пребывание у них до утра четверга. Кроме того, Бен не был серьезным человеком; он всегда был беспечным и жадным до развлечений и будет таким скорее всего всю жизнь.

А вот Трент… У него были глубокие раны, и, возможно, именно Крисси Бреннан была той девушкой, которая могла бы совершить чудо.

* * *

— Это принадлежит Бену. — Трент показал на здание со стеклянным фасадом в конце двора. — Раньше здесь была большая конюшня, но теперь мы держим только двух лошадей.

Он толкнул дверь и провел ее в помещение. Там было тепло и уютно, две лошади высунули свои морды из стойл, чтобы посмотреть, кто пришел.

— Это Флисс, мамина любимица, — сказал Трент, почесывая кобыле уши, а потом порылся в мешке и достал морковку и яблоко. — А это Султан. Его купили для Бена.

Стоящий в стойле жеребец казался очень возбужденным, и Крисси предпочла остаться возле кобылы.

— Вы умеете ездить верхом? — спросил Трент.

— Умею, но я давно не практиковалась. — Она поколебалась, словно не решаясь что-то сказать, но потом добавила: — Меня научил Чарлз Хоксуорд.

— Ясно.

При упоминании имени ее бывшего приятеля Трент скривил губы. Чему еще он ее научил? Трент уловил в голосе Крисси доверчивые нотки и понял, что она не дразнит его, рассказывая об этом. Она могла бы ему ничего не говорить, но, видимо, ей нечего было скрывать от него. Трент успокоился и протянул девушке угощение для Флисс.

— Расскажите о вечере в «Роял оук», — тихо напомнил он. — Но сначала ответьте: на вас было синее платье, правильно?

— Да.

Крисси озадаченно смотрела на него, не понимая, какое это могло иметь значение, потом слегка пожала плечами. В конюшне было так спокойно, обе лошади мирно жевали угощение.

— Вообще-то это было сродни ночному кошмару, — созналась она.