— А вы бы знали, если бы у нее были неприятности дома? Что-то ее беспокоило?

Три «нет». Я легонько вздохнула. Бесполезно.

— Хорошо, — бодро произнесла я. — Что ж, если вы что-нибудь вспомните, не бойтесь рассказать об этом. Никакой беды с вами не случится.

Хором дружное «да», «спасибо» и «до свидания», и три девочки вскочили со скамейки. Я наблюдала, как они уходят прочь и исчезают за углом школьного здания. Я сделала все от меня зависящее, но трудно было не пасть духом. Мне следовало сказать кому-нибудь о Рейчел, сообщить Викерсу, что, по-моему, у нее есть какая-то важная информация. Но кто станет меня слушать? И как я могу быть уверена, что не ошибаюсь?

В раздумьях я посидела на скамейке еще несколько минут. И в конце концов решила, что ничего сделать не могу. Мне просто придется ждать, пока она сама подойдет ко мне. Придя к такому выводу, я подняла глаза и увидела маленькую фигурку, идущую по парковке. Рейчел, но уже без подружек. Она сбросила маску безразличия, и ее по-детски пухлое личико выражало тревогу, когда она приблизилась ко мне.

— Мисс Финч, я не знаю, но… в общем… — Она оглянулась. — Я не хотела рассказывать в присутствии других, так как Дженни попросила меня никому не говорить.

Я подалась вперед, стараясь сохранять спокойный вид.

— А что такое, Рейчел?

Девочка все больше волновалась.

— Понимаете, вы спросили, не было ли у нее каких-то знакомых. Не из школы. Так вот, однажды она мне показала, у нее была фотокарточка, она с… с другом.

— С другом? Ты уверена? — чересчур взволнованно спросила я. Рейчел с сомнением посмотрела на меня, и я поняла, насколько близка она к тому, чтобы убежать, ничего не сказав. Я сделала глубокий вдох и очень мягко спросила: — Кто это был?

— Я не знаю. С ним она встречалась после школы.

— Каждый день?

Рейчел покачала головой.

— Нет. У нее был приятель… знакомый мальчик. Пару раз в неделю она встречалась с ним.

— И это он был на снимке?

— Нет! — Я начала вызывать у Рейчел досаду. — Он был просто приятель. А вот нравился ей его старший брат.

— Хорошо, — спокойно произнесла я. — И как звали этого брата?

Рейчел пожала плечами.

— Она не сказала.

— Ну а как звали приятеля Дженни?

— Она и этого мне не сказала. Я больше ничего о них не знаю, кроме… кроме…

Я ждала.

— Ее друг — человек на фото — был старый, мисс Финч. Взрослый. Я увидела только часть его лица, потому что он ее целовал, но это точно был взрослый человек.

— Взрослый, как родители, или взрослый, как я?

Бессмысленно было просить у нее уточнения: в глазах двенадцатилетней девочки мы все глубокие старики, — но я чувствовала, что вряд ли она перепутает человека двадцати с небольшим лет с мужчиной, которому тридцать пять или даже больше.

— Взрослый, как вы, — ответила она. — Мисс, вы действительно думаете, что он… вы думаете, он может знать, кто убил Дженни?

Взрослый друг двенадцатилетнего ребенка, девочки, которая оказалась убитой и брошенной в укромном лесном уголке? «Полагаю, да», — подумала я, но вслух произнесла:

— Может быть. Но не волнуйся. Ты правильно сделала, что рассказала мне об этом. И я уверена: полиция уже нашла ее друга.

Говорила я на самом деле машинально, сосредоточившись на своих мыслях. Значит, все было так просто — неправильно воспринятая влюбленность, ведущая к неподобающим отношениям, которые имели следствием беременность и закончились грубым, насильственным решением.