— Я тут сам к вам как раз собирался. Мы, того… решили с Женей пока снова сойтись. Негоже ее оставлять одну в таком-то состоянии. Она ревет беспрерывно, а недавно вообще дикие идеи в голову полезли. Рыдать перестала, правда, но я и обрадоваться не успел, как снова-здорово. Теперь говорит, мол, Ника наша знала, что исчезнет, предчувствовала. И теперь Женя тоже предчувствует, что исчезнет. Видения у нее такие. Вроде, Ника ей во сне является, с собой зовет. Как ее одну оставить?

— Погодите-ка. — напряглась я. — Может, ваша жена знает про исчезновение дочери больше, чем говорит?

— Да бросьте вы! — он сердито замахал на меня рукой, и даже выпрямился. — Наверняка сон плохой приснился. Или птичка нехорошая трижды прокаркала. Все вы, бабы, верите в сны да приметы, нечего на Женю собак вешать. Зато она такая покладистая стала, все Тема да Тема, во всем слушается. Договорились квартиру ипотечную продать, после уплаты банку немного деньжат нам должно остаться, купим себе жилье поскромнее. Да если б она раньше такой была, разве я б ушел из дома?

— И все же я должна еще раз поговорить с Евгенией. — твердо сказала я.

— Да кто ж против, конечно, поговорите. — закивал он. — Вот через недельку вернемся, и сразу к вам. Вдвоем.

— А куда вы уезжаете? — удивилась я.

— Да нам тут сообщение поступило, из города Н. Видели там девочку, один-в-один Ника. Только наряд другой, не купальник, понятное дело. Так что мы решили съездить, проверить, что к чему. Уже отель на неделю забронировали, завтра и двинем.

— Но таких сообщений в неделю десятка два приходит! — возмутилась я. — Их надо в полицию передавать, тут же проверят.

— Да пишут, что не станут полиции помогать, а несчастной матери помогут. — чуть помявшись, сказал Артем. — Да что я пересказываю, читайте сами.

Он передал мне айфон с выведенным сообщением со скрытого номера:

«Вашу дочку я видела в городе Н, она выглядывала в окошко квартиры на два этажа ниже моей. На ней было плотное серое платье с кошкой на груди. Похоже, девочка чем-то накачана, вид у нее как у зомби. Увы, в полицию я по некоторым причинам обращаться не хочу. Но горе матери понимаю, сама ращу ребенка. Если вы сообщите органам — право ваше, но девочку не отыщете.

Если согласны обойтись без ментов, то приезжайте в Н, в отель «Бастилия». Я сама с вами свяжусь.»

— У Вероники было серое платье с кошкой? — догадалась я. — Но… Ника исчезла в купальнике! Платье должно было остаться дома, разве нет?

— Не знаю уж, кому оно что должно, — проворчал Моринский. — А только в квартире его нет. Женя думает, что оно как раз лежало в той сумке, что Ника с собой унесла.

— Понятно… — Но вы должны связаться с полицией города Н. Они помогут.

— Полина… как вас по батюшке. — его лицо стало злым, небольшие глазки с прищуром уставились в мои. — Не вздумайте даже! Если вы кому-то сообщите… если помешаете нам отыскать ребенка… я этого так не оставлю. Не сомневайтесь.

Я покорно кивнула, даже не собираясь хранить информацию в тайне. С одной стороны, сообщения из разных городах идут сплошным потоком, с другой, тут есть что-то конкретное. Посторонний человек не мог знать про платье с кошкой… или мог?

— Артем Степанович, а среди фотографий в газетах или на плакатах не было такой, где Ника одета в то самое платье?

Он задумался, в глазах промелькнула растерянность.