В первом же бою из полуторатысячного полка смертников уцелели лишь двести сорок солдат. Петр не раз глядел в лицо костлявой старухи с косой, ощущая ее ледяное дыхание, но сумел выжить, и даже за воинские подвиги был переведен из штрафников в гвардию, где ему удалось получить звание капитана.

Петр попытался сжать челюсти. Ничего не получилось. Скула, как и все тело, была парализована. Плен и пытки стали неизбежными.

Похожие на кленовые листья даги обступили его, среди них мелькали силуэты людей. Петр насмотрелся на их зверства и понимал, что иные гуманоиды могут быть хуже иногалактических монстров. Он был окутан полем, которое двигало его куда-то. Его тело медленно подплывало к сканерам. С помощью сверхмощного гравиорентгена офицера просвечивают до молекулярного уровня, удаляют изо рта аннигиляционную бомбу. Звучит смех.

— У тебя даже не хватило мужества покончить с собой.

Говоривший, судя по погонам, был полковником конфедерации. Он двинул кулаком Петру в нос. Голова дернулась, потекла кровь. Ледяной почувствовал солоноватый привкус на губах.

— Это начало. Будет хуже.

Полковник не шутил. И, хотя существовала технология нейросканирования и томографии, позволяющая считать из памяти всю необходимую информацию, конфедераты не откажут себе в удовольствии помучить пленного.

Мускулистый негр затянулся сигарой, затем включил гравиолазер и направил луч ко лбу Петра. Капитан даже не вздрогнул, хотя кожа дымилась, от напряжения капал пот. Негр с погонами майора испустил ядовитый смешок.

— Толстая шкура!

Петр плюнул ему в лицо. Майор взревел, врезал Ледовому по скуле. Замахнулся для следующего удара, но двое даго повисли на нем. Майор попытался стряхнуть чужих, однако листья вцепились крепко, прилипнув своими присосками.

— Джон Дакка, держите себя в руках. Не пристало так офицеру конфедерации реагировать на провокации. Мы отведем его в аннигиляционную камеру, и там специалисты будут медленно распылять его на атомы.

Петру заломили руки. Четверка охранников встала на движущуюся дорожку, и они направились в камеру пыток. По пути Ледовый услышал сдавленный крик, он хотел, было повернуться, но силовое поле держало мертвой хваткой. Охранники, повинуясь жесту, развернули Петра.

— Полюбуйся, как разделывают твою подружку.

Ледовый посмотрел туда. Совершенно нагая Вега была скована силовым полем. Джон Дакка прохаживался по ее правому алому соску лучом. Гравио-лазер экспериментальное оружие, не достаточно мощное чтобы убить, но идеально подходящее для пыток. Красивые, правильной формы груди девушки покрылись ожогами. Она кричала, было видно, как от натуги вздулись вены.

— Вот так, стерва. Впереди тебя ждет и не такое.

Петр застонал:

— Отпустите ее.

— Нет, человек. — Прошипел представитель цивилизации Даго, перепончатые конечности конвульсивно дернулись. — Для тебя чужая боль страшнее собственных мучений.

Садисты продолжали истязать отважную девушку, таща ее вслед за Петром… Лишь, когда они достигли зеркального зала, пытки временно прекратились. Петра ввели в помещение и вздернули на подобие пластиковой дыбы, зверски вывернув суставы. Рядом с ним подвесили Вегу. Чернокожий палач, с удовольствием причмокивая губами, прижег сигарой ее изящную, словно выточенную искусным мастером ногу.