Погодите. Что она только что сказала?

— Сердцебиение? — когда она кивнула, я обрадовался, что сидел, поскольку мои чёртовы колени вновь стали каким-то странными. Я снова поднёс её руку к губам и поцеловал её каждую «костяшку»: — Ладно.

Она внимательно наблюдала за мной. — Но она сказал мне, что может быть слишком рано, и мы не услышим сердцебиение. Срок только-только шесть недель. Судя по тому, что она сообщила мне, иногда при ультразвуке можно уловить сердцебиение на сроке от шести до семи недель.

Я кивнул.

В дверь постучали, и секундой позже она открылась и вошла чистокровка средних лет, вкатывая тележку. Доктор Морелас резко остановилась, заметив, что я сижу на кровати, и её глаза широко распахнулись. Она остановилась, крепко сжав руками края тележки, и не похоже было, что она собиралась проходить дальше вглубь палаты.

— Привет, — Джози выпустила мою рубашку и сев, выглянула из-за меня. — Сет только что пришёл.

— Вижу, — доктор отпустила тележку. — Простите. Когда я вижу вас, я не знаю должна ли я пожать вам руку или поклониться.

Моя улыбка стала шире. — Я люблю, когда люди кланяются…

Джози ударила меня по спине, и я на миг подумал, что Доктор Моралес потеряет сознание. — Вам не надо делать ничего из этого.

— Ну, так не смешно, — я ухмыльнулся Джози, протянув руку. — В любом случае, вы здесь, чтобы сказать мне, что с моим ребёнком всё хорошо, так ведь? И если нам повезёт, мы сегодня услышим сердцебиение?

Пожимая мне руку, Доктор Моралес прочистила горло и затем приступила к работе. — Да. Как я уже говорила Джози, все показатели беременности кажутся хорошими, но мы хотим посмотреть сможем ли сегодня услышать сердцебиение.

— Хорошо, — пробормотал я. — Это очень хорошо.

— Сет, — вздохнула Джози. — Отпусти её руку, так она сможет приступить к своей работе.

— Само собой, — я отпустил руку, подмигнув.

Доктор выглядела так, будто готова упасть в обморок.

Джози пнула меня локтем в бок и прошептала: — Веди себя прилично, — а затем произнесла громче: — Как дела с остальными?

— Никто из доставленным нам не был потерян, и это уже хорошо.

— Да, хорошо. Немного напряжения покинуло Джози, но я увидел, что печаль осталась в её глазах, та печаль, от которой я никак не смогу её избавить.

Доктор Моралес подкатила тележку к другой стороне койки. — Ты всё также хорошо себя чувствуешь? — спросила она, начав возиться с установленной на тележку машиной.

— Да. Чувствую себя очень хорошо.

— Это прекрасно, — она нажала пару кнопок и затем отвернулась в поисках стула, который оказался в углу. Я подкатил его к ней и взгляд её широко распахнутых глаз метнулся на меня: — Хм, спасибо.

— Без проблем, — я встал, посчитал, что доктору потребуется пространство, но не стал далеко уходить. Я переместился в изголовье койки: — Итак, в чём это заключается?

— Способ совершенно неагрессивный. Я использую этот зонд, — объяснила она, жестом показав на часть оборудования. — И проведу им по животу Джози. Он передаст мне картинку на экран.

— Круто.

Джози мельком взглянула на меня.

Я широко улыбнулся ей.

Она покачала головой. — Но есть вероятность, что мы не услышим сердцебиение, верно?

— Зависит от стадии. Этот тест должен дать нам ясное понимание, когда вы зачали, в отличие от нашей прошлой встречи, даже если слишком рано для сердцебиения, — Доктор Моралес посмотрела на меня.