Она успела запыхаться, добираясь до массивных дверей, где ее поджидал охранник с планшетом и чувством собственной значимости, без труда читавшимся во взгляде, которым он окинул Эшлин.

— Я… ммм… приглашена на вечеринку, — запинаясь, проговорила она. — Мой муж тут работает.

— Имя? — не теряя достоинства и нацелив ручку на список, осведомился охранник.

— Эшлин Моран, — ответила она, и, словно по волшебству, каменное лицо мужчины озарилось.

— Миссис Моран! Как хорошо, что вы наконец пришли! Заходите скорее, пока эти обормоты не выпили все подчистую.

Ее поспешно доставили к лестнице, откуда охранник крикнул некоему Майку, чтобы тот проводил миссис Моран на торжество. Не успела она сделать и шагу, как рядом с ней материализовался юный спутник, примечательный благодаря униформе, напоминавшей морскую, и очень короткой стрижке. Пока они поднимались, он не отставал от нее ни на шаг. Эшлин пробормотала, что она не та персона, которой необходимо сопровождение, но ее с радостной улыбкой заверили, что она ошибается. К тому же лестница крутовата, особенно с непривычки, и бог знает, разберется ли она наверху, куда идти. Провожатый был моложе ее, должно быть, всего лет на десять. Но, судя по тому, как он почтительно подстраивался под ее черепаший шаг и как минимум трижды успел ввернуть это невозможное «госпожа», — она была точной копией его матери. Замечательно! Наконец он попрощался, одарив ее улыбкой того типа, что означает пожелание удачи, и молодцевато скатился по лестнице вниз, а она осталась перед дверью в помещение редакции. Сердце колотилось. Как она появится там одна?

«Что ты вообще тут забыла? — в отчаянии спросила она себя. — Почему не сидишь дома, зарывшись, как обычно, головой в песок?» «Потому что пора выяснить, что происходит», — спокойно ответил внутренний голос. И если не сейчас, то уже никогда. Время решать, смириться с его изменой или положить этому конец.

— Возьми себя в руки, Эшлин, — сказала она вслух. — Давай.

Словно примеряясь, она прикоснулась к двери, которая вдруг резко распахнулась, и наружу вывалились двое мужчин в костюмах с галстуками, обрушив на Эшлин истерический хохот на два голоса.

— Эшлин Моран! Как жизнь? — Один из них внезапно сгреб ее в объятия.

— Том! — произнесла она с удовольствием, узнав в едва не задушившем ее медведе одного из лучших друзей Майкла.

— Сто лет тебя не видел! — в его голосе слышалась искренняя теплота, а лицо освещала широкая улыбка. Высокий, с тронутой проседью бородой и покатыми плечами, Том до последнего времени держал себя в форме, но теперь рубашка туго обтягивала внушительный живот.

Заметив у него в волосах обильную седину, Эшлин потрясенно подумала, что не видела его уже пару лет. «Хотя я тоже не помолодела», — пришла невеселая мысль.

— Ну, как ты? — жизнерадостно ревел он, обдавая ее запахом перегара. — Большая победа твоего мужа, а? Ты, должно быть, гордишься им. Мы все гордимся.

«Черт, я схожу с ума», — подумала она, улыбаясь в ответ сладчайшей улыбкой.

Том толкнул дверь, и Эшлин очутилась в помещении, ходившем ходуном от рева «MTV», «RTE» и «Скай спортс», несущегося с экранов во всю стену Никого, похоже, не смущало сочетание песни «Перл джем» с безумными звуками гонки «Формула-1» и новостями на двух языках.