Кэссиди набил табаком чашечку трубки, закрыл банку и отодвинул ее на край стола.

— Ну, это может оказаться полезным. Если полиция знает, кто был один из них, они смогут добраться и до остальных. Надеюсь, они быстро это проделают. — Он облизнул губы. — Прошлой ночью я впервые увидел, как люди умирают. До этого я видел мертвецов только на похоронах… У вас есть еще сюрпризы?

Я сообщил о своей догадке, что возле церкви стреляли в Реджину Уинсом.

— Чушь какая-то! — Дейв покачал головой и вынул из кармана пиджака зажигалку. — Хотя, возможно, не такая уж чушь. Если выстрелы предназначались девушке, понятно, почему пули не задели Лемминга. Правда, не исключено, что просто паршивые стрелки…

— Не блестящие. К счастью. Совсем недавно они выпустили несколько пуль в меня.

Дейв высек огонь и начал подносить зажигалку к трубке, но, услышав мои слова, защелкнул ее:

— В вас? Какого дьявола? Почему в вас? Вы не важный… я имею в виду, вы просто работали на дока и не были связаны с эровитом.

— Я знаю, что вы имеете в виду. Но, очевидно, у них были свои причины.

— Да, но если они стреляли в вас… Может, нам с доком имеет смысл некоторое время, так сказать, не высовываться?

— Возможно, это недурная идея. По крайней мере, пока все не успокоится. Прошлой ночью, Дейв, у меня не было шанса как следует поговорить с вами. Андре Стрэнг звонил и вам, не так ли? Полагаю, он звонил из церкви?

— Да, из своего офиса, рядом с кабинетом Лемминга, — в задней части церкви находятся несколько офисов. Стрэнг сказал, чтобы я приехал в церковь, — он не объяснил зачем, только подчеркнул, что это очень важно. Ну, теперь мы знаем причину.

— В какое время он вам звонил?

— Точно не помню. — Дейв помедлил. — Думаю, незадолго до семи. Может быть, без пяти семь. Служба еще не началась.

— Вы прибыли туда задолго до Бруно?

— Минут за пять — десять до того, как туда подъехал док. Андре встретил меня у церкви, сказал, что док уже едет и что мы должны его подождать. Остальное вы знаете.

Это было примерно все, что я хотел выяснить. Дейв наконец закурил свою трубку и предложил:

— Пойдем в гостиную. Вся компания уже там — я имею в виду «Граждан ЗА». Хотите с ними познакомиться?

— Конечно. Бруно немного мне о них рассказал. Они уже договорились, что будут делать сегодня?

— В общем, да. Эта группа самая большая в стране, но мы решили не устраивать никаких шумных парадов. В марше примут участие всего десять человек — между прочим, все девушки, и притом самые хорошенькие, каких нам только удалось найти. В том числе итальянка, француженка, немка и так далее — приятная, маленькая, интернациональная компания. Они должны произвести хорошее впечатление. Некоторые другие члены группы собираются пикетировать местное отделение ПЛА. Девушки пока не обсудили все детали, но у них еще остается несколько часов.

Дейв поднялся из-за стола, пару раз затянулся трубкой, потом поманил меня пальцем и повел по коридору.

Войдя в гостиную, я сразу увидел девушек, так как, услышав болтовню, смешки и повизгивания, тут же посмотрел в ту сторону и понял, что могу простить им эти звуки, неприятно действующие на мужские барабанные перепонки.

Когда Дейв описал девушек как «хорошеньких», он их явно недооценил, так как эта группа являла собой квинтэссенцию всего привлекательного, соблазнительного и сексапильного, чего только достиг женский пол с тех пор, как Ева прихорашивалась под яблоней.