— Хорошо, если сумеешь победить в столице. Мне это изрядно поможет, в Москву собираюсь перебираться. Засиделся я тут. Сама-то, что планируешь делать, после окончания школы? Два года быстро пролетят.

— Ну, не знаю пока. Вы, когда планируете в Москву?

— Ближе к осени, а что?

— Да вот, посоветоваться хотела. Стоит ли экстерном заканчивать школу. Тогда, тоже могла бы осенью быть в Москве.

— Хм, интересный вопрос, — он задумчиво посмотрел на меня, — Уверена, что сможешь сдать?

— Не проблема, — отмахнулась я, — Вопрос, куда потом поступать?

— Если решишь и дальше петь то, почему бы не поступить в музыкальное или еще, какое училище, где есть вокал?

— В Щукинское, например, да? — я улыбнулась.

— Ну, там всё-таки не совсем музыкальное. Театральное училище, да и конкурс там дикий как я слышал. У меня там знакомых нет, помочь не смогу, извини, — он развёл руками.

— А, я попытаюсь. Главное, намекните своей сороке в школе, чтобы организовала мне экстерн. Ну и характеристики, рекомендации, что там ещё надо? И… Мне нужна материальная помощь.

— Не проблема, чего и сколько?

— Родителей не хочу голыми оставлять, потому и прошу. Не хочу выглядеть сиволапой провинциалкой в Москве. Поэтому, нужна достойная одежда, бельё, много чего.

— Хорошо. Большую часть проведу по линии партии, от комсомола накинут, ну и ещё кое чего добавим, — он ободряюще подмигнул, чтобы я не смущалась. А и не смущалась.

Потом меня Аслан закинул домой, поделившись своей радостью. Олег Фёдорович подарил его отцу хорошее ружьё с дарственной надписью, отец доволен. Это добавило авторитета в глазах местных жителей — большой человек из Москвы подарки дарит, уважает. Так что, отец доволен сыном, сын доволен — потому что отец доволен. Как мало людям надо.

Так как дело близилось к вечеру, быстренько сделала уроки, повалялась немного, прикидывая дальнейшие планы, а когда пришли родители, сообщила что скоро их покину — птенец вылетает из гнезда. На счёт моей поездки в Москву, они были разумеется в курсе. Тоже в зале сидели, слушали как я на сцене распевала, папа пожаловался мне, что ему всю руку отдавили, поздравляя с такой замечательной дочерью. А вот на счёт экстерна, не сказать, чтобы совсем неожиданно было, но не думали, что я решусь.

Но и не расстроились. Наоборот, порадовались, что дочка плотно стоит на ногах и так уверена в своих силах. Доверие у них ко мне было полное. Мама конечно переживает, но в пределах нормы. Мою идею поступать в Щуку восприняла немного скептически. Всё-таки, в её понимании, там учатся детки разных крутых дяденек и тётенек. Но я отмахнулась, сказала, что мы ничем не хуже. Ну, а чего? Ничем не хуже, даже лучше. Потому что у моих родителей есть такая замечательная дочка как я.

***

Дальше время полетело вскачь. Побегала, решая вопросы с экстерном, большинство преподавателей были в курсе, я планов не скрывала. Но многие расстроились, меня оказывается, полюбили. И учителя, и ученики. Я не вела себя как Ленка, не старалась лидировать. Не щемила слабых, не доказывала своё превосходство везде, где можно и нельзя. Мелкие шутки не в счёт, я просто была сама собой. Шутила, смеялась, грустила… Могла выслушать, помочь. На переменах и в классики играли и в догонялки, мне ничто человеческое не чуждо.

Особенно расстроились Надя с Юлей. Пришли ко мне домой и сидели, ревели, обвиняя, что я их бросаю. Без постоянного прессинга со стороны Ленки, девочки расцвели.