– Что? Уже сегодня? – воскликнул Тодор.

– А чего тянуть-то? Так я скажу Тыну, чтобы он готовил паромобиль?..

Богатый трехэтажный дом с колоннами и широкой лестницей перед входом был ярко освещен фонарями с новомодными электрическими свечами. Дом стоял в глубине засаженного экзотическими деревьями сада, посреди большого, огороженного высокой стеной участка. За стенами располагались сады и столь же роскошные дома не менее богатых соседей. Привратник на въезде перезвонил в дом по внутреннему телектрофону и, только убедившись в том, что прибывшие действительно приглашены, открыл ворота. Подъездная дорога была вымощена плиткой из серого гранита, по саду бродили садовники, обрезая кусты и ухаживая за деревьями.

– Широко живут, – произнес Тодор.

– Это же Первые поколения, они обязаны поддерживать стиль и имидж, – отозвался Себастьян, сидевший на месте водителя и управлявший паромобилем.

– Если бы они жили в доме попроще, у них было бы достаточно денег, чтобы поддержать собственные предприятия…

– В чужой монастырь со своим уставом…

– Да, да, я помню, – поспешил ответить Тодор. – Ты в машине останешься? Сбрось давление пара и убавь температуру в топке – неудобно будет, если котел лопнет посреди лужайки.

Себастьян только широко улыбнулся в ответ. Тодор со вздохом выбрался из паромобиля. «И зачем я во все это ввязываюсь?» – с тоской подумал он. Дворецкий проводил гостя в кабинет, где его уже ждал пожилой невысокий мужчина с хитрым и цепким взглядом, глава семейства де Валуа.

– Прошу, прошу, присаживайтесь, – пригласил он Тодора, указывая на большое кожаное кресло, сам же уселся за деловой стол, заваленный бумагами.

– Сеньор, меня зовут Тодор Арисменди. – Тодор встал со своего места.

– Сидите, сидите, – поспешил хозяин усадить его обратно. – Давайте по-простому, без этого… У нас все-таки республика, а не старые добрые времена… Арисменди, да? Горный дуб? Похож… да… Ваши предки не служили у Пуансо?

– Если только очень давно, мне об этом ничего не известно, – ответил Тодор, удивленный неожиданным вопросом. – Мои предки отделились от семьи и пошли своим путем…

– Да-да, я понимаю. – Де Валуа уставился на Тодора оценивающим взглядом. – Мы все из Первых поколений, но кто-то идет по прямой линии, а кто-то выбирает свою дорогу. Вы знаете, моим гостям нравится ваш круглый дом. Как вы их выращиваете?

– Это закрытая информация, – опустил голову Тодор.

– Понимаю, я бы такое держал за семью замками, – кивнул де Валуа. – Но я слышал, что академия техномагии предлагала вам большие деньги…

– Вы не понимаете, эта технология досталась мне по наследству от деда, и она мне очень дорога. Деньги рано или поздно закончатся, а это дело, мое дело, на всю жизнь. К тому же ее невозможно скопировать. Техномаги не смогут ее воспроизвести, у них недостаточно знаний и умений.

– А еще я слышал, что семейство Наварро перекупило одного из ваших сотрудников…

– В прошлом году от нас ушел хороший архитектор, – подтвердил Тодор. – Тех, кто уходит, мы больше обратно не принимаем.

– Угу. – Де Валуа сунул в рот пустую курительную трубку и подобрал со стола какую-то бумагу. – Наварро выпотрошили вашего архитектора, не в прямом смысле, фигурально выражаясь, но так ничего и не узнали.

– У нас хорошая система охраны, но раз в месяц мы отлавливаем очередного взломщика, – сообщил Тодор.