Она израсходовала почти полблокнота. Скомканные листки валялись повсюду, а у нее все не получалось подобрать нужные слова. Раздался звонок в дверь, и Сэм вдруг вспомнила, что сегодня Мэри должна была прийти к чаю. Это совершенно вылетело у нее из головы.

Торопливо собрав разбросанные странички, она засунула их в ящик. Вечером надо будет попытаться снова. Наскоро причесавшись, Сэм бросилась в детскую за Хлоей, а затем спустилась в холл навстречу матери Эйдана.

— А вот и мой ангелочек! — проворковала Мэри, поставив сумочку на стол и спеша взять на руки малышку. — Какая же ты красавица! Ну, улыбнешься бабушке?

— По-моему, ей пора сменить подгузник, — заметила Сэм, — она только что проснулась.

— Правда? Кажется, твоя мамочка права. Что ж, сейчас мы это уладим. Можно, я сама поменяю? — нетерпеливо спросила она. — Но что с тобой? Плохо себя чувствуешь?

— Я… немного устала, — уклончиво отозвалась Сэм. — Ночью эта юная леди сильно капризничала. Наверное, режется зубик.

— Бедняжка! Послушай, почему бы тебе не пойти поспать? Не беспокойся за малышку, я с ней посижу.

Забрав свою ненаглядную внучку, Мэри отправилась менять подгузник, а Сэм тем временем вернулась к себе. Несколько минут спустя Мэри появилась в саду под окном. Преданный Чемберс шел следом, держа в руках большой плед, чтобы расстелить его под старым шелковичным деревом. Сэм душили слезы. Она не могла лишить Мэри внучки, так же как и разлучить Хлою с бабушкой. Это было бы преступлением.

Противоречивые мысли продолжали терзать ее. Можно было даже не пытаться уснуть — она все равно не сомкнула бы глаз. Что было бы действительно кстати, так это выбраться сейчас из дома и отправиться погулять в парк. Если, конечно, проклятые репортеры все еще не торчат у крыльца.

Сэм едва не забыла о скомканных страничках, которые сунула в ящик туалетного столика. На всякий случай не мешало бы их уничтожить. Не хватало еще, чтобы горничная решила забрать вещи в стирку и обнаружила бы их.

Вынув письма, она порвала их и сунула в сумочку. Затем незаметно выскользнула из комнаты, бесшумно спустилась по лестнице в холл и вышла на улицу.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Уже начинали сгущаться сумерки, когда Сэм заметила, что совсем заблудилась. Она, должно быть, прошагала много миль через Ричмонд-парк и Уимблдон, по тенистым широким проспектам и пыльным мостовым. И теперь даже не представляла, куда ее занесло. Сэм приняла твердое решение — ни за что не оставлять Хлою. Куда пойти, где жить и работать — это пока оставалось неясным, но что-нибудь она непременно придумает. Прогулка на свежем воздухе пошла ей на пользу: Сэм поняла, что горячиться не следует. Она подумает, подыщет подходящую работу и жилье, а уж потом скажет Эйдану, что уходит.

А если он вздумает судиться с ней из-за права на опеку, она будет биться до последнего.

Порывать с Мэри Сэм не собиралась. Она успела привязаться к матери Эйдана и была очень благодарна ей за трогательную заботу о Хлое. Раз уж нет других родных, хорошо, если у малышки будет хотя бы бабушка, а разбить сердце Мэри, разлучив ее с любимой внучкой, Сэм бы просто не посмела.

Решив наконец, что делать, Сэм огляделась по сторонам, пытаясь определить, свое местонахождение. По крайней мере, здесь ходит автобус, облегченно вздохнула Сэм, заметив неподалеку остановку. А куда идет автобус, всегда можно спросить.

Единственным человеком на остановке оказался долговязый парень с густой гривой волос. Казалось, он не замечал ничего вокруг, пританцовывая под музыку своего плеера. Сэм нерешительно взглянула на него.

Увидев ее, он ободряюще улыбнулся и вынул один наушник.

— Простите. Вы случайно не знаете, где можно сесть на автобус до Ричмонда?

— Конечно, леди, — улыбка стала еще шире.