– В этом ваша беда и есть, – припечатал маэстро. – В сомнениях. У настоящего воина их быть не должно.

– Вот как?

– Именно. Вы едете или не едете. Вы решаете ваши дела или не решаете. Это простой выбор, и хотя некоторая доля сомнений у каждого человека имеется, все таки мы живые люди, а не камни, на которых стоят церкви, – не нужно затягивать это дело. А уж если вы отправляетесь в бой, тем более.

– Значит, маэстро, вы никогда не сомневаетесь?

– Никогда. Именно поэтому чаще всего я побеждаю, а вы – нет.

Глава 1

В Лондоне шел дождь. После солнечной Италии, где затянутое тучами небо – это событие поистине государственного масштаба, даже теплый летний ливень казался кощунством. Рэймонду не нравился ни этот дождь (хотя, казалось бы, должен – с дождем у него были особые отношения), ни вечерние улицы города (он забыл, сколько здесь отребья), ни возница наемного экипажа, который пришлось нанять в порту. Никто не знал, когда приедет Рэймонд и приедет ли, хотя отец, конечно, ждет подобного ответа на свое послание; никто не встречал его, и уж тем более не озаботился привести верховую лошадь для хозяина. Кевин заикнулся было о том, что он все раздобудет, однако Рэймонд остановил порыв слуги. Экипаж быстрее.

Дом совсем не изменился. Все тот же фасад с облупившимися кариатидами, все те же дубовые двери, срубленные, казалось, еще при Вильгельме Завоевателе, и два фонаря над входом, в которых еле теплится жизнь. Гостей тут сегодня явно не ждут, да и вообще приемы в особняке Хэмблтонов – явление редкое. Пока Кевин расплачивался с возницей, скандалившим из за нескольких пенни, Рэймонд поднялся по ступеням и забарабанил в дверь. Кевина тут не знают и могут не сразу открыть, а лицо хозяина известно всем обитателям особняка, даже крысам в подвале. Судя по тем новостям, что доносились до Рэймонда в его итальянском добровольном изгнании, тут годами ничего не менялось.

Сначала приоткрылось окошко на двери, оттуда глянул любопытный глаз, послышалось ойканье, и сразу загремели засовы. Служанка, которую Рэймонд смутно помнил, присела в реверансе, который был проигнорирован.

– Добро пожаловать, сэр. Мы ждали вас, но не думали, что вы приедете так скоро.

– А когда ждали – через год другой? – хмыкнул Рэймонд, входя внутрь и оглядывая холл. Все чисто и… пусто. Несмотря на то, что здесь стоял большой стол, на который дворецкий обычно складывал шляпы и перчатки приходящих с визитом гостей, и сторожили двери кованые подсвечники, все равно ощущалась неприкаянность. «Да что такое! – рассердился Рэймонд сам на себя. – Отчего я думаю о плохом? Я вернулся домой. Я должен радоваться».

Но радости почему то не было.

Энтони, невысокий пухлый мужчина средних лет, который служил в лондонском доме Хэмблтонов дворецким уже лет десять, выскользнул откуда то из за лестницы и всплеснул руками.

– Лиз, что же ты стоишь! Немедленно доложи хозяину, что приехал мастер Рэймонд. Сэр, позвольте вашу шляпу и плащ. Я велю отнести багаж в вашу комнату, сэр.

– Мой слуга отнесет. Кевин, – Рэймонд кивнул на того, только что втащившего в прихожую два саквояжа, – это мистер Мейси, он управляет лондонским домом. Энтони, мой камердинер Кевин Вуд. Отец в кабинете?

– Скорее всего, да, сэр, если не перешел в библиотеку. Некоторое время назад я подавал ему чай в кабинет.