Девчонка поправила очки, подняв их немного выше.

— И что дальше? — спросила она тем же резким и ехидным голосом, что и в прошлый раз.

— Я просто подумала… Поскольку мы ровесницы, может, сходим куда-нибудь вместе? Погуляем, например, ну или что-то вроде того.

И снова молчание.

— То есть ты, — уточнила девчонка, — хочешь, чтоб я куда-нибудь сходила вместе с тобой?

Это прозвучало так глупо, что я тут же принялась искать пути к отступлению:

— Необязательно, конечно, просто…

— Нет! — резко перебила она меня и рассмеялась. — Ни за что на свете.

Будь мы с ней вдвоем, мне б ничего не оставалось, как только, покраснев, развернуться и пораженной вернуться к Кларк. Но с нами была Кирстен.

— Ну-ка, ну-ка! — повысила она голос. — Что ты сказала?

Девчонка обернулась и удивленно взглянула на мою сестру.

— А что не так? — Как же изменился ее тон! Со мной она разговаривала совсем по-другому.

— Ну-ка повтори, что ты сейчас сказала! — потребовала Кирстен.

«Ой-ой-ой!» — подумала я.

— Да ничего! Просто… — ответила девчонка.

— Это моя сестра! — Кирстен указала на меня. — А ты сейчас ей нахамила!

Я уже покраснела, и мне очень хотелось провалиться сквозь землю. Кирстен же положила руку на бедро — верный признак того, что все только начинается.

— Ничего я не хамила, — возразила девчонка, снимая очки. — Я просто…

— Хамила! И ты прекрасно это знаешь! — перебила ее Кирстен. — Прекрати выкручиваться! И хватит уже повсюду за мной ходить! Бесишь! Пошли, Аннабель.

Я как будто приросла к месту. Стояла и смотрела на девчонку. Она была так напугана, что сразу стало понятно, что ей действительно двенадцать. Кирстен схватила меня за запястье и потащила к своему шезлонгу. Я обернулась и увидела удивленную Кларк, смотрящую нам вслед.

— Поверить не могу! — твердила сестра, усаживая меня на свое место.

Молли выпрямилась, заморгала и принялась разглаживать смявшиеся завязки на бикини.

— Что случилось? — спросила она, и Кирстен подробно ей обо всем рассказала.

Я же взглянула на бар, но девчонки там уже не было. Она босиком, с опущенной головой, брела по парковке за изгородью позади меня. Все ее вещи остались на соседнем шезлонге: полотенце, обувь, сумка с журналом, кошелек и розовая расческа. Я все ждала, что она вернется, но нет. Девчонка упорно двигалась дальше.

Вещи весь день пролежали у бассейна. Я успела вернуться к Кларк и рассказать ей о случившемся. Потом мы долго играли в карты и купались, пока кожа на руках не сморщилась. Ушли Кирстен и Молли, забрали свои шезлонги остальные, засвистели спасатели, объявляя о закрытии. Мы собрались и, загорелые и голодные, побрели домой.

Я прекрасно понимала, что незнакомая девчонка не должна меня волновать. Она дважды мне нахамила, и не стоило ни помогать ей, ни жалеть ее. Но Кларк остановилась у ее вещей:

— Нельзя их тут оставлять. — Она засунула обувь в сумку. — К тому же нам все равно по пути.

Мне было что возразить, но тут я вспомнила, как незнакомка босиком одна брела по парковке. Я сняла с шезлонга полотенце и сложила его поверх моего.

— Ладно, пошли.

К счастью, в окнах прежнего дома Дафтри не горел свет и на парковке не было машины. Мы решили оставить вещи и уйти, но, когда Кларк хотела поставить сумку у входа, дверь неожиданно растворилась.