– Значит, и вы нашли лучший уголок сада? – жизнерадостно воскликнул он, привязав лодку к причалу и помогая выйти мисс Мартин.

– Река на редкость живописна, – ответила Уилма. – Но мы с мисс Хант пришли к выводу, что напрасно садовник миссис Корбетт-Хайт не оживил берег цветочными клумбами.

– Позвольте представить вам мисс Мартин, – продолжал Джозеф. – Она владелица и директриса школы для девочек в Бате, а в столице гостит у виконта Уитлифа и его жены. Моя сестра, графиня Саттон, мисс Мартин, мисс Хант и граф.

Мисс Мартин поклонилась. Уилма и мисс Хант удостоили ее одинаковыми любезными кивками, а Саттон, не желая, чтобы его перещеголяли в чопорной учтивости, наклонил голову едва заметно, только чтобы не обидеть зятя.

Казалось, температура снизилась на несколько градусов всего за одну минуту.

Уилма и Саттон недовольны, что их познакомили с простой учительницей, понял Джозеф. Это позабавило бы его, если бы не чувства его спутницы: она не могла не заметить ледяной холодности новых знакомых.

Но как и следовало ожидать, она справилась с неловкой ситуацией без посторонней помощи.

– Благодарю за прогулку, лорд Аттингсборо, – сухо произнесла мисс Мартин. – Очень вам признательна. А теперь прошу меня простить: меня ждут подруги.

И она удалилась в сторону дома, ни разу не оглянувшись.

– Ну и ну! – воскликнула Уилма, едва дождавшись, когда мисс Мартин отойдет достаточно далеко. – Джозеф, подумать только – учительница! Видимо, она намекнула, что не прочь прокатиться, и ты не смог ей отказать в этой прихоти. А следовало бы, между прочим. Порой ты чересчур уступчив. Тебя так легко подчинить!

Джозеф часто удивлялся тому, как они с Уилмой могли появиться у одних и тех же родителей и вырасти в одном доме.

– На прошлой неделе, возвращаясь в столицу, я сопровождал мисс Мартин из Бата, – пояснил он. – Я сделал это по просьбе леди Уитлиф, которая раньше преподавала в школе мисс Мартин.

– Да-да, – подхватила Уилма, – всем известно, что брак виконта Уитлифа – возмутительный мезальянс.

Джозеф вовсе не собирался пререкаться с сестрой в гостях и повернулся к Порции Хант.

– Хотите прокатиться по реке, мисс Хант? – спросил он.

– Не откажусь, лорд Аттингсборо, – улыбнулась она и подала ему руку, перебираясь в лодку. Усевшись, она раскрыла над головой белый кружевной зонтик и наклонила его так, чтобы уберечь от загара нежную кожу лица. – С вашей стороны было очень любезно привести сюда эту учительницу, – заметила Порция, когда берег остался позади. – Надеюсь, она с признательностью приняла этот жест – ах да, к ее чести надо заметить, что она не забыла поблагодарить вас.

– Я с удовольствием побыл в обществе мисс Мартин. На редкость умная женщина, вдобавок преуспевающая.

– Бедняжка, – откликнулась мисс Хант таким тоном, словно только что услышала, что мисс Мартин страдает неизлечимой болезнью. – Мы с леди Саттон попытались определить, сколько ей лет. Леди Саттон считает, что ей уже за сорок, но я не так жестока: по-моему, сорок ей исполнится лишь через год-другой.

– Думаю, вы правы, – сказал Джозеф, – но разве можно ставить возраст человеку в вину? Сколько бы лет ни прожила на этом свете мисс Мартин, она выглядит довольно молодо.