Когда двери открылись, я вышел и свернул влево. Не пройдя и десяти шагов, я понял, что попал не на тот этаж. Торопясь удрать от Карла, я нажал кнопку третьего, а не второго этажа и оказался в родильном отделении; я сразу узнал его, поскольку недавно навещал здесь Сару. Я развернулся и пошел обратно, но стоило мне подойти к лифтам, как тот, который привез меня, закрыл двери и уехал.

Напротив лифтов находился медицинский пост — длинный Г-образный стол, выкрашенный в ярко-оранжевый цвет, — в точности такой же, как и на втором этаже. За ним сидели три медсестры. Еще при выходе из лифта я заметил, что они обратили на меня внимание, а сейчас прямо-таки откровенно разглядывали меня. Я стоял к ним спиной, размышляя о том, знают ли они, кто я, видели ли меня по телевизору, или, может, до них дошли блуждающие по больнице слухи о моей скромной персоне. «Это в его брата вчера ночью стреляли», — наверняка сообщили друг другу шепотом девушки, провожая меня участливыми взглядами.

Откуда-то слева доносился детский плач.

Мелодичный звонок оповестил о прибытии другого лифта, и вот наконец двери его распахнулись. В кабине находился Карл Дженкинс. Увидев его, я пришел в замешательство, но тут же взял себя в руки и постарался говорить как можно спокойнее.

— Привет, Карл, — сказал я, шагнув в лифт.

Он просиял.

— Что ты делаешь здесь, на этом этаже, Хэнк? Хочешь сказать, что произвел на свет еще одного ребенка?

Я улыбнулся в ответ, нажимая кнопку второго этажа. Дверцы закрылись.

— Да вот, привык навещать Сару. И машинально нажал на другую кнопку.

Он издал тихий, короткий смешок — так, вежливо ухмыльнулся. И тут же лицо его стало серьезным.

— Я искренне жалею о случившемся, — сказал Карл. В руках он комкал фуражку и, пока говорил, не отрывал от нее взгляда.

— Я знаю, — ответил я.

— Если я чем-то могу…

— Очень любезно с вашей стороны, Карл.

Тренькнул звоночек, двери распахнулись. Мы были на втором этаже. Я вышел из лифта. Карл придержал двери рукой.

— Он что-нибудь сказал тебе, пока ты был там?

— Кто? Джекоб?

Карл кивнул головой.

— Нет, — ответил я. — Ничего.

Я огляделся по сторонам. В правом углу коридора о чем-то тихо беседовали два доктора. Слева звучал женский смех. Карл не убирал руку с двери лифта.

— И все-таки: чем вы трое занимались вчера вечером? — спросил он.

Я пристально посмотрел на него, стараясь уловить в его лице хотя бы тень подозрения. Ведь он присутствовал при моем разговоре с его помощниками и, поскольку в числе прочих мне задавался и этот вопрос, слышал мой ответ на него. Двери начали автоматически закрываться, но он, упершись рукой, вновь их раздвинул.

— Мы отмечали рождение ребенка. Джекоб вытащил меня из дома.

Карл кивнул головой. Казалось, он все-таки ожидал услышать что-то другое.

— На самом деле я не очень-то хотел идти, — продолжил я. — Но он так радовался тому, что стал дядей, и мне неудобно было обижать его отказом.

Двери лифта вновь дернулись, пытаясь закрыться.

— А Лу говорил что-нибудь Джекобу перед тем, как выстрелить в него?

— В каком смысле?

— Ну, скажем, ругался или обзывал его?

Я покачал головой.

— Нет, он просто открыл дверь, вскинул ружье и выстрелил.