|
— Вас пока дождешься! Почему так медленно ехали? Было сказано — явиться немедленно. А вы?
— А мы госслужащие, потому добирались муниципальным транспортом. — Елена неторопливо развернулась к вышедшей из соседней квартиры грузной немолодой женщине, одетой в пестрый шелковый халат, на котором переплетались тела драконов. — Не всем, знаете ли, машины с мигалками выделяют, кое-кто и на своих двоих передвигается. А тут уж как повезет и как повезут. Иногда выходит быстро, иногда — нет. Так что все вопросы и претензии адресуйте администрации города Москвы. А если они не ответят, тогда Лужкову Юрию Михайловичу лично.
— Сильно ты языкастая, погляжу, — уперла руки в бока женщина. — Не боишься?
— Что меня с казенной галеры в свободное финансовое плавание отправят? — усмехнулась девушка. — Не-а. Что так денег нет, что эдак не будет. Говорю же — не всем государевым людям в жизни везет, есть между ними различия. В смысле — кто с видом на Кремль живет, кто в Реутово, потому первым есть что терять, а вторым нечего. Вот только когда у первых происходит что-то совсем поганое, им без вторых никак не обойтись. Почему — сказать?
Было видно, что Ревиной очень сильно тетка в халате не нравится, и неприязнь эта явно основана не на классовой ненависти или простом неприятии бытового хамства как такового. Имелось тут что-то личное, давно в ее душе живущее.
— Дело свое делайте. — Вытянув руку, женщина ткнула пальцем в сторону закрытой дубовой двери. — У меня сын скоро с хоккея придет и дочь из института. Что им, на лестничной клетке стоять? Как сиротам?
— А что? — Ревина обвела взором приквартирное пространство. — Просторно, светло, тепло. Я бы сказала — миленько. Ладно, ладно. Шучу. Не миленько здесь, и от мусоропровода подванивает.
— Дверь откройте, — попросил Олег. — Стоя тут, мы все равно ничего сделать не сможем.
— За что вам только государство деньги платит? — брякнув ключами, направилась к двери раскрасневшаяся от гнева тетка. — А?
— А вам? — невинно уточнила Елена.
— Мой муж пашет не разгибаясь, — выкатила глаза обитательница нехорошей квартиры, — чтобы россияне счастливо жили, чтобы страна наша процветала.
— Все россияне или какие-то отдельно взятые? — уточнила девушка. — Например те, которые в этом доме обитают?
— Лен, хорош, — не выдержав, осадил ее Олег. — Перебор уже.
— Фамилию свою назови, — неожиданно спокойно потребовала женщина, щелкая ключом в замке. — И считай, что ты в органах уже не работаешь.
— Елена Ревина, — не менее невозмутимо ответила ей коллега Ровнина. — Старший лейтенант. Удостоверение показать?
— И так запомню. — Обитательница «Дома на набережной» распахнула дверь, было хотела шагнуть в коридор, но замешкалась, явно не особо стремясь покидать безопасную территорию подъездной площадки.
— Мы пройдем? — уточнил у нее Олег. — Вы не против?
— Ну, разумеется, — раздраженно бросила женщина, которую, похоже, жутко выбешивало то, что почти всемогущая она никак не могла повлиять на совершенно идиотскую ситуацию, сложившуюся в ее же собственном доме. — Иначе зачем вы здесь?
Ревина открыла было рот, чтобы выдать очередной издевательски-двусмысленный перл, но Олег легонько ткнул ее локтем в бок, не желая выслушивать еще один раунд пикировки.
Если честно, непосредственно квартира юношу не удивила. Вроде бы дом с историей, непростой, а потолки не такие уж высокие, и комнаты не то чтобы сильно большие. Ну да, было видно, что в обстановку деньги вложены, и немалые, но, к примеру, жилплощадь родителей Машки его впечатлила куда больше. |