– Почему ты решила пойти в клуб просить работу?

– Я уже это делала.

– Не понял.

Она повернулась к нему:

– Графиня фон Лейден уже задавала мне формальные вопросы, и я на них отвечала. Но повторю для тебя – мне нужно больше денег, чем Морт и Зельда могут мне платить. Я услышала о клубе и подумала, что вам, может быть, пригодится хорошая массажистка, вот я и пришла.

– Ты лучше, чем просто хорошая. – Он взял стакан и сделал долгий, медленный глоток. – Ты великолепная, Феникс. Может быть, лучше всех. Ты сделала со мной такое, что ни одной другой массажистке еще не удавалось.

Она поперхнулась кофе.

– Тебе попалась косточка? – Он похлопал ее по спине и склонился к ее уху: – Мы ждем тебя в клубе к десяти часам утра. Получишь инструкции и познакомишься с другими сотрудниками. Ну как?

Так, как будто она в коробочке, а коробочка становится все меньше.

– Прекрасно. Я буду в клубе.

– За то личное внимание, которое ты мне оказала, наши клиенты немало платят. Они в основном будут действовав смело.

– В основном? – Она посмотрела ему прямо в лицо. – Я не ожидала, что клиенты будут меня лапать, мистер Уайлд… Роман.

Уголки его рта опустились в циничной улыбке.

– Странно. У меня сложилось впечатление, что ты получила массу удовольствия.

Она не доставит ему радости своими возражениями – да к тому же она и не особенно вправе возражать.

Он положил руку на низкую спинку ее стула:

– Я чуть было не подумал, что ты вообще не хотела, чтобы я остановился. Но может быть, ты просто была ошарашена? М-м, я думаю, что именно так и было. Все ощущения были такими неожиданными… Так ведь?

Она не могла оторвать глаз от его рта.

– Я тоже хочу тебя поцеловать, – мягко произнес он. Он провел пальцами по ее подбородку: – Ты ведь очень страстная женщина, так? Нам придется с этим что-то делать.

Он ее гипнотизировал. Наклонившись к ней, поставив один локоть на стойку и держа другую руку позади нее, он оставил их вдвоем друг с другом, отрезая от остального пространства.

Ногтем большого пальца она провела по шву джинсов на ноге, перекинутой через другую.

– Что ты сказала? – Длинным указательным пальцем Роман сделал несколько легких, поглаживающих движений по ее бедру. – У тебя красивые ноги.

Феникс вспомнила, что ей нужно вдохнуть.

– У тебя тоже.

В ответ он закрыл глаза и улыбнулся.

– Скажи мне, почему такая женщина, как ты, желает мять чьи-то тела?

– Из-за денег, – сказала она, недовольная тем, как это прозвучало. – Ты отключаешься, и тело становится для тебя всего лишь куском мяса – или, может быть, теста.

Он приблизил свое лицо к ней вплотную и ждал, когда она снова на него посмотрит. Его язык прошелся по ровному краю зубов.

– Сегодня днем ты как раз этим и занималась? Отключилась и притворялась, будто я – кусок мяса?

Что ему нужно и почему?

– Вероятно, именно так оно и было.

– Вероятно? – Не отрывая взгляда от ее губ, он наклонился чуточку ниже. – Ха, просто кусок мяса? И больше ничего?

Мистер Брукс пел о том, что слабые не должны осмеливаться рисковать. Взгляд Феникс дрогнул под неотрывным взором Романа.

– Слушай, что поет этот парень, – сказал он ей. – Может быть, он говорит с тобой.

– То, о чем он поет, не имеет отношения к тому, что здесь происходит.

– Может быть, ты рискуешь влюбиться? Любовь.