-  Что за друг? - поинтересовался я. - Вы… вы вторая ничего о нем не говорили.

    -  А зачем было говорить? Ведь он не пришел, поэтому не мог засвидетельствовать алиби, и та, другая Алена решила не втягивать его в скандал. Ему уже под сорок, у него есть жена и двое детей. В обеих реальностях наша связь прекратилась, как только я попала в тюрьму.

    Сознательно я еще не решил, верить ей или нет, но в глубине души уже начинал убеждаться, что она не лжет. Очень уж искренне звучали ее слова, очень многое они объясняли в поведении прежней Алены. И перемены в нынешней Алене становились для меня все более очевидными, все сильнее бросались мне в глаза. С первого дня нашего знакомства я видел в ней женщину, и не мог не признать, что она, в отличие от той девушки, которую я знал полтора месяца назад, действительно была женщиной…

    -  Стало быть, - произнес я, - это вы сообщили Ричарду Леклеру об эксперте Сверчевском?

    -  Конечно, я. У Алены-второй были слишком ограниченные возможности, чтобы проникнуть в секретные файлы следствия. К тому же она, бедненькая, совсем не понимала, что с ней происходит. Мне очень хотелось связаться с ней и все объяснить, однако я понимала, что это не самая удачная идея.

    -  Почему?

    -  А вы сами подумайте. Если бы Сверчевский не раскололся, то ее единственным шансом были бы показания на «детекторе правды». А представьте, как отреагировал бы судья на ее рассказ о двойнике из будущего! Он, скорее всего, отменил бы вердикт присяжных - но только для того, чтобы надолго упечь ее в психушку. - Алена горестно вздохнула, - Хотя теперь я понимаю, что это было бы лучше. Гораздо лучше, чем то, что случилось. Пусть и в психушке, но я - вторая осталась бы жива. А так… Террористы добрались до отца даже без помощи доктора Довганя и заодно устранили из реальности лишнюю Алену. Все вернулось на круги своя - разве что я стала почти на год старше. А что такое год по меркам Вечности!

    -  Положим, вы говорите правду, - произнес я. - Но вы так и не объяснили, почему я рассказал вам о яхте и Юлином дневнике.

    -  Все очень просто, Игорь, - проникновенно ответила Алена. - Вскоре после суда мы стали друзьями.

    Очень близкими друзьями. Вы понимаете, что я имею в виду?

    Некоторое время мы молчали. Я напряженно обдумывал последние слова Алены, а она смотрела на меня с нетерпеливым ожиданием. В конце концов она не выдержала:

    -  Вы не верите? Вам нужны доказательства? Пожалуйста, нет проблем. Я могу рассказать такие вещи о вас, которые может знать только жена или любовница.

    -  Нет, не надо, - вяло покачал я головой. - Это излишне. Я… я допускаю такую возможность. Если все остальное правда, то и это… очень похоже на правду.

    По губам Алены скользнула печальная улыбка:

    -  Вижу, между вами и моим вторым «я» тоже кое-что назревало, но так и не нашло своего логического продолжения. А жаль, очень жаль - ведь тогда бы Алена-вторая осталась на Дамогране и не погибла вместе с отцом… - Она поднялась с кресла и медленно прошлась по комнате. Потом повернулась ко мне и сказала: - Только поймите меня правильно, Игорь, я вовсе не набиваюсь к вам.