-  А почему бы и нет. Что, собственно, я теряю… Да, господин адвокат, это я убила доктора Довганя. Я сделала это дважды: в первый раз из горя и отчаяния, желая отомстить ему за содеянное, а во второй - чтобы спасти жизни ни в чем не повинных людей… К сожалению, в последнем я не преуспела. Реальность оказалась более устойчивой, чем я ожидала.

    Моя реакция на ее слова не отличалась большой оригинальностью. Я почти в точности повторил недавнюю реплику Юли, которую она адресовала мне:

    -  Алена, вам плохо? Могу дать успокоительного. Вместо ответа она встала со своего места, обошла стол и подступила ко мне вплотную.

    -  Посмотрите на меня, Игорь. Внимательно посмотрите. Вы не находите, что я сильно изменилась? Слишком сильно для каких-нибудь полутора месяцев. Да, в моем возрасте девушки быстро меняются - но не настолько же быстро, как вы считаете? Для таких перемен нужен добрый год. Дед и бабушка этого не заметили, ведь для них я внучка, а не женщина, и они все еще видят во мне маленькую девочку. Остальные родственники и знакомые, конечно, обратили на это внимание, однако решили, что я так изменилась в тюрьме - никто из них меня там не навещал. Но вы-то должны хорошо помнить ту Алену, которую защищали в суде! Сравните свои воспоминания с тем, что видите сейчас. Что вы об этом скажете?

    -  Да, - согласился я. - Вы действительно здорово повзрослели. Сейчас вас без всяких оговорок можно назвать женщиной - притом очень привлекательной женщиной. Но вы - это вы. Вы та самая Алена, которую я знал раньше. Я ни за что не поверю, если вы станете утверждать, что вы не Алена, или… - Тут в голове моей щелкнуло: ее слова о двух убийствах и попытке спасти чьи-то жизни навели меня на очевидную мысль. - …или, например, что вы Алена из будущего, случайно попавшая в наше время. Я буду очень огорчен вашей очередной ложью.

    Алена вернулась и села обратно в кресло.

    -  У вас есть одна мечта, - заговорила она, казалось, ни к селу ни к городу. - Заветная мечта, которую вы уже десять лет держите в тайне от всех, в том числе и от дочери. Не потому, что вы не доверяете Юле, нет; просто вам хочется в один прекрасный день привести ее в космопорт и сказать: «Видишь, зайка, вон ту яхту? Теперь она наша. Давай прокатимся».

    Ее удар достиг цели. Я действительно никому не признавался, что коплю деньги на космическую яхту. Ни единой живой душе - ни Юле, ни Ричарду. И уж тем более не мог сказать об этом Алене… А между тем она все знала! Знала даже о том, что я мечтаю преподнести дочке сюрприз - и знала, в какой именно форме я хочу это сделать. Мало того, ей было известно ласковое прозвище Юли, которое я никогда не употреблял на людях, а лишь с глазу на глаз…

    -  Как вы об этом узнали? - спросил я, справившись со своим удивлением.

    -  Вы сами мне сказали.

    -  Когда?

    -  В будущем. В бывшем будущем, которое уже изменилось - правда, не так, совсем не так, как я этого хотела. Или, может, это было не наше, а другое будущее - из параллельной временной линии. Я все больше склоняюсь к последнему варианту, так как обычное перемещение во времени противоречит всем физическим законам… Но я вижу, вы по-прежнему не верите мне. Я еще не до конца вас убедила. - Она задумалась. - Ладно, приведу другой пример. Ваша дочь, как и многие девушки с романтическим складом ума, ведет дневник, которому поверяет свои самые сокровенные мысли, чувства и переживания. Где-то год назад вы разгадали пароль и с тех пор регулярно читаете ее записи. Вы понимаете, что это нехорошо, но оправдываете себя тем, что поступаете так из лучших побуждений.