смотрю на имя Ксавии и, бл*дь,... я хочу ей позвонить, но я должен сохранять присутствие

духа. Когда я возвращаюсь, Арчер стоит около принтера.

– Вот. Список их последних дружеских встреч. Я все еще работаю над ее кузеном и с тем

дерьмом, в которое он вляпался. Я почти добрался.

– Бл*ь. Есть хоть какая–нибудь идея, почему он в Вашингтоне?

–  Когда у меня будут  неопровержимые доказательства, ты будешь первым, кто об этом

узнает.   –  Он протягивает мне огроменный список длиной в три страницы. –  Здесь ты,

возможно, найдешь то, что хочешь знать про президента.

Месяц назад Норт пригласил их на частный показ документального фильма в Белом доме.

Переименовал  библиотеку   в честь  дяди Ксавии.  Принял  участие  в праздновании  Дня

рождения   ее   деда   на   Манхэттене.   Был   на   борту   яхты,   направляющейся   в   Бимини   на

протяжении  дня, проведя  его за глубоководной  рыбалкой  снова со Стэнли.  Он и Стэн

работали в нескольких крупных благотворительных фондах в Чикаго, Лос–Анджелесе и

Майами, а в Европе во Франкфурте, Стокгольме и Праге.

–  Стэн   и   президент   непосредственно   связаны   с   увеличением   осведомленности

международной   общественности   к   болезни   Альцгеймера   и   здравоохранении.   –

просматриваю быстренько.

Арчер фыркает.

– Если это именно так, как ты называешь это.

***

ослабив его. Почти пять и на дорогах полно машин. Весь мой день был пущен коту под

хвост и я мало успел сделать по отношению к своей законодательной деятельности за

исключением   того,   что   я   присутствовал   на   двух   скучных   встречах.   Для   сенатора,   эта

гребанная   пара   встреч   считается   долгой   и   нудной   и   в   течение   нескольких   часов   я

постоянно висел на телефоне. Отчасти Кса, Оливер и Нора знают про обед с Джексом, но

только Ксавия знает, что эта встреча касается Дома. Никто не имеет понятия, где я был эти

последние два часа.

Дерьмовый день, чтобы отсиживаться, но я ведь могу писать сообщения. Оливер, Нора, и

я   переписываемся.   Другие   сотрудники   доводят   до   меня   последние   сплетни,   которые

исходят   от   Кубинской   торговой   политики,   находящейся   в   состоянии   изменения.

Избиратели хотят гарантий того, что не случится очередной  всплеск. Выехав на улицу, я

включаю навигатор, и медленно продвигаюсь вперед, пока не оказываюсь около заднего

входа в свое здание. Я звоню, разговариваю с Кса. Она спустится через пять минут, и я

откидываюсь на подголовник, заставляя свой разум перестать кипеть.

Когда я вижу, как начинает открываться задняя дверь, я выхожу из машины, поднимая

очки на макушку.

– Все в порядке?  – Я произношу это слишком резко, глядя на озабоченное выражение лица

Кса.

– Отлично,  – уверяет она меня с натянутой улыбкой.