–  Это   как–то   связано   с   твоей   сегодняшней   встречей   или   с   тем,   как   мы   едва   смогли

выполнить твои обязанности в качестве Дома в клубе?

– Ты проницательна как никогда. Но здесь больше. Мне нужно больше... нас.  – Я смотрю

на нее, желая, чтобы она легко согласилась с этим.

– Нас?

– Да. Ты и я. Нас. Только нас.

Она кивает, предпочитая не выспрашивать у меня.

– Ладно, так что насчет еды?

– Мы можем взять на вынос или сходить куда–нибудь?  – Я говорю это спонтанно, готовый

развернуть машину направиться, но куда? В мою квартиру?

– Нам лучше сходить куда–нибудь ...иначе мы оба знаем, мы не будем ничего есть сегодня

вечером. Какое твое любимое блюдо?

– Я уже ответил на этот вопрос.  – мрачно смеюсь над ее реакцией и ее последующим за

этим вздох. – Честно говоря, я просто твой обычный поедатель гамбургеров и картошки

фри с пивом парень, – говорю я ей и жду.

– Я голосую «за» такую еду. Где мы можем съесть хороший бургер?

– Серьезно?  – Я скольжу своим взглядом вниз по ее телу. – Ты одета для ужина при свечах

с вином.

– Я одета для работы, но я могу съесть гамбургеры и картофель фри и запить все это тобой

под столом. Не обольщайся, то, что снаружи не имеет ничего общего с моими вкусовыми

рецепторами. Сенатор, я думала, что это уже решенный вопрос.

–  Хорошо, но не говори, что я тебя не предупреждал.   –  Я ухмыляюсь. –  Самые лучшие

бургеры, есть только в одном месте. В ресторане у Дьюка. Огромные бургеры и совсем не

далеко отсюда. Прямо по авеню Массачусетс.

– По 17. Так ведь?

–  Ты осваиваешь свой район.   –  В это мгновение, я понимаю, насколько сильно я хочу

узнать ее маршруты, по которым она передвигается по Вашингтону, чтобы она была как

можно ближе ко мне. Пока я думаю только о еб*ом   Габриэле Норте. Я сжимаю губы,

раздираемый тем, что я хочу, вернее кого. До встречи с Кса я никогда не думал, что я могу

погибнуть. Это тяжело.

–  Для   меня   будет   лучше,   если   пресса   будет   знать.   Лесли   прислала   письмо,   предлагая

бросить СМИ косточку для затравки в связи с тем, что ты им хочешь сообщить,  – отвечает

она, доставая свой телефон, а я сжимаю руль при мысли о нас на сцене.

– Иисус,  – бормочу я.

Заехав на автостоянку, рядом со входом к Дьюку, я расстегиваю верхнюю пуговицу на

воротнике. Мы припарковались в углу и стоим в тусклом свете фонарей, я рисую в своем

воображении   как   развожу   бедра   Кса   в   сторону,   смакую   ее   словно   закуску.   Когда   ее

соблазнительный смех звучит в моих ушах, я понимаю, что пялюсь на нее. Она смотрит на

меня, глядя на мой приоткрытый рот и поймав меня за грязными фантазиями номер девять

миллионов три.

Наши   взгляды   встречаются   и   легкая   улыбка,   появившаяся   в   уголках   ее   полных   губ

вырывает глубокий стон из моего горла и одновременно приступ резкой боли возникает у

меня в груди.