– Ты ступаешь по тонкому льду, –  предупреждаю я его, сузив глаза.

Хотя Уэс и Трой не присутствовали в Доме в ту первую ночь, они, ясен хер, слышали

новость о том, что я вернулся и заклеймил себе сабу довольном не обычным способом.

Какого черта мои друзья Домы вообще думают? Что я «кручу» с Мисс Кеннеди именно

таким способом, как показывают наши отношения пресса или они подозревают, что она

саба?

–  Приятно   познакомиться   с   вами   обоими,   Сенатор,   Конгрессмен,   –   отвечает   Кса.   –

Хорошая работа на форуме, посвященному эпидемии.

– Ооо, прекрасное сочетание внешности и ума, – продолжает заигрывать с Кса Уэс.  – Я

могу   украсть   вас   на   танец,   Мисс   Кеннеди?   Я   был   бы   счастлив   побеседовать   на   тему

инфекционных заболеваний и социальной ответственности.

–  Не   стесняйтесь   сказать   ему,   чтобы   он   отвалил,   –   встревает   Троя.   –   Я   так   делаю.

Постоянно. То, чем мы занимались, было скучным.

–  На самом деле, конгрессмен Шепард, ваша помощница – единственная, кто сообщила

мне, насколько глобальным был этот  форум.

– Я надеюсь, Алисия не напугала вас. Она может быть властной, отстаивая в свое мнение.

– Трой фыркает.

– Только по отношению к тебе, – парирует Уэсли.

– Я была впечатлена, джентльмены. Она рассказала мне о новом медицинском алгоритме

действий и показала мне на YouTube, как вы оба работали. Это видео взорвало Интернет.

Я «твитнула» его.

– Спасибо. Мы ценим Вашу поддержку. Не стесняйтесь и приходите к нам. Мы находимся

всего лишь на два этажа ниже вас, и, возможно,  ваша доброжелательность благоприятно

отразится на моих сотрудниках, –  отвечает Трой.

– Мне очень нравится ваш персонал.

– Тогда приходите к нам в гости. Мы не кусаемся. – подмигивает Уэс Кса.

Тихо   смеясь,   она   улыбается   мне,   и   мое   чертово   чувство   собственничества   начинает

разгораться   во   мне.   Строгие   правила   на   Холме   и   правила   этикета   не   позволяют   мне

отвечать  за нее. Но что происходит  сейчас,  это намного больше, чем просто обычные

разговоры за употреблением коктейлей на Капитолийском Холме. Мой долг как Дома –

это  задать  тон,   с каким  другие   мужчины   должны   к ней   обращаться,   и если  это будет

значить, что я должен заставить своих коллег засранцев притормозить, то так я и сделаю.

Я как ребенок на детской  площадке,  который  не хочет делиться, я очень  счастлив так

реагировать,   словно   агрессивный   придурок,   особенно   по   отношению   к   двум   упертым

Домам, которые нацелились на мою сабу…

Прежде чем я сделаю какую–нибудь  глупость,  я напоминаю  себе,  что они всего лишь

дразнят меня.