Теперь я держусь за него.

– Почему бы Вам не ввести меня в курс дела?

Его брови взмывают вверх.

– Я чрезвычайно заинтересован, когда речь заходит о Вас и это совсем не повлияет на мои

отношения с Вашими бабушкой и дедушкой, если Вас это беспокоит. Я могу быть очень

щедрым   и   благосклонным   к   Вашей   будущей   карьере   в   Белом   доме.   В   предстоящей

избирательной кампании Стоуна. Как говорится, рука руку моет. Я хочу провести одну

ночь с Вами.

Таким   сраным   образом   это   первое   лицо   государства   пытаться   выторговать   мою

благосклонность лишь бы переспать со мной? Если бы я только могла пнуть ему по его

президентским   яйцам   и   меня   бы   не   стали   судить   за   это,   как   за   государственное

преступление.

– Этого никогда не будет, господин Президент.

–  Разыгрываете из себя «недотрогу».  Я люблю принимать достойный вызов. До новой

встречи,   –   шепчет   он   мне   на   ухо,   нацепив   на   лицо   очаровательно–лживо–противную

улыбку. – Спасибо за танец, Мисс Кеннеди.

–  Господин Президент... – это все, что я могу выдавить из себя. Я проглатываю слова,

готовые сорваться с моего языка, в ответ на его, которые звучат как угроза или больное

обещание, исходящее от президента. В любом случае, это чистой воды дерьмо. У меня

есть, что  сказать ему на это, но здравый смысл заставляет меня попридержать язык.

Помощник Норта подходит к нему и начинает что–то говорить, больше похоже на то, что у

Норта   назначена   встреча   с  некоторыми   из  гостей,   с  которыми  ему надо   побеседовать.

Господи! Я оступаюсь, в то время как одна из гостей наступает на подол моего платья.

– Простите меня, – извиняется женщина.

–  Все в порядке. – Слегка поморщившись, я подбираю подол платья с одной стороны,

благодарна   за   эту   небольшую   передышку.   Находиться   на   танцполе   с   этим   надутым

эгоцентристом – это одно. Сейчас же я должна вернуться к Беннетту и вести себя как ни в

чем не бывало, притворяться и не обращать внимание на то, что президент зародил тень

сомнений во мне, до тех пор, пока не выясню о каком предложении Норта шла речь. Если

я   хоть   как–то   поддамся   этому   безумию,   то   мой   чересчур   мнимый   Дом   устроит   здесь

разнос. Быть здесь с Беном требует обдуманных действий совсем не так, как я привыкла

обычно метать молнии.

Не так давно мой ревнивый Дом был на волоске от того, чтобы не наподдавать своему

приятелю, сенатору Андерсону. Если он набросится с кулаками на Норта, то его карьере

придет   конец.  Ссоры   во время  правительственного  обеда   не  забываются.  Его арестует

Секретная   служба   и   запрет   в   неизвестном   Федеральном   учреждении,   поэтому   я

напоминаю это себе, по крайней мере, раз десять, пока мы вместе с Президентом Нортом

покидаем танцпол.