зрачки  расширяются,  меняя свой  цвет с изумрудного на цвет  темной лесной  зелени. –

Детка,   я   люблю   твою   киску.   Она   великолепна.   Я   хочу,   чтобы   ты   полностью   делала

эпиляцию для меня. Всегда.

– Это может быть взаимным? – Я смотрю, как его толстый член появляется и исчезает у

него в  руке прямо над моей киской.

– Конечно, да, – Он прикасается головкой к моему набухшему клитору.

Я начинаю хныкать, вращая бедрами и потираясь о свои пальцы,  трахая себя,  широко

раздвинув ноги.

– Я уже близко, – шепчу я.

–  Еще рано. – Он поднимает мою руку, беря мои влажные пальцы в рот, заменяя мои

пальцы  своими. Одним резким  толчком он вводит в меня большой палец.  – Объезжай

меня, детка.

Беннетт   врывается   в   мою   киску,  затем   останавливается   только   лишь   для   того,   чтобы

добавить еще два пальца и затем, действительно начинает вколачиваться в меня. Дрожь

безудержного блаженства проходит сквозь меня, когда он, трахая меня, дотрагивается до

моей   точки   «Джи».   Он   тоже   должен   кончить.   Я   протягиваю   руку,  оборачивая   пальцы

вокруг   его   эрекции,   наслаждаясь   ощущением   его   кожи   в   моих   руках,   одновременно

жесткой и шелковистой. Я издаю низкий стон, который зарождается глубоко внутри меня в

тот момент, когда мы оба прикасаемся друг к другу и возносимся за грань чувственности.

Коснувшись пальцами его головки, я собираю с нее выделившуюся жидкость и смакую

его вкус на своей коже.

Он бормочет мое имя:

– Ксавия. Впусти меня.

Его голос  отдается  эхом в моей  голове,  в моей  крови, в моем  сердце,  которое  бьется,

словно шепчет о любви и похоти, о силе и доверии. Окутав мое тело своим, он закидывает

мои ноги на свои широкие плечи, слегка толкаясь одновременно своим членом   в мою

киску.

Он нависает надо мной, смотрит на меня сверху напряженным взглядом.

– Отдайся мне. – Его приказ рокочет у него в груди и я чувствую вибрацию, которая льется

из его тела в мое, заставляя меня задыхаться от удовольствия и боли.

–  Так будет всегда, – обещаю ему я, поглаживая его членом свой клитор, сжимаясь от

ощущения умопомрачительного удовольствия. Я нуждаюсь в нем. Его вкус, его твердость,

его ярость. Все внутри меня пульсирует и стучит.

Беннетт накрывает мои губы своими. Горячий, влажный, требовательный – мы жаждем

друг   друга   настолько   сильно,   что   слова   моментально   слетают   с   губ,   наше   дыхание

становится быстрым, и мой голод, почувствовать как он владеет мной, выходит из под

контроля.

– Ты вся моя, – рычит он, и тут же безжалостно входит в меня всей своей пульсирующей

длиной.

Моя киска сжимается, клитор начинает пульсировать, а бедра извиваться, ударяясь об него.

Еще   один   мучительно   долгий   толчок   и   он   оказывается   глубоко   во   мне,   а   я   хнычу,

произнося его имя.