участвовали, и мы никогда не делали подобного прежде. Все комнаты были заняты. И на

следующий месяц они тоже все заказаны. Наконец–то.

Что касается Дома, то, что мы с Ксавией сделали можно сравнить с действиями в области

наказания и доминирования. Она стояла спиной к зрителям, и то, как я удерживал ее за

лицо – и о, да, то, что члены клуба видели мельком, была чертова покорность.

– Черт возьми, мы скрыли это. Они реагируют так, будто мы были в темнице и я обнажил

ее. Просто, чего хотят члены клуба, я никого не приглашал на свою частную вечеринку?

Этого   не   будет,   потому   что   у   них   нет   права   смотреть   на   тело   моей   сабы   или

присутствовать   тогда,   когда   я   безжалостно   ее   трахаю?   Есть   и   другие   Домы,   которые

устраивают куда более щекотливые сцены. Шесть ночей подряд, каждую неделю.

Год   назад,   у   меня   появилась   возможность   выпустить   свой   адреналин,   сделав   из   меня

жестокого   Дома.   Это   была   единственная   причина,   по   которой   я   согласился   быть

совладельцем   этого   клуба.   Огромные   деньги,   но   постоянно   требуемое   внимание,   не

сравнится с платой в плане времени и хлопот, а сейчас с Кса... я перевожу взгляд на ее

квартиру. Очевидно, что мое внимание в другом месте.

– Ты знаешь, как это работает. Наговорить кучу всякой херни, что они могут, а чего нет,

Господи. Это все, что эти болваны хотят.

– Имущие и неимущие, – огрызаюсь я.

– Только  не надо о женских прелестях, – радостно произносит он.

Давление   в   моей   голове   растет.  Я   закрываю   глаза,   потирая   пальцами   лоб.   Мне   надо

вернуть его на путь истинный.

– Не ставь в мое расписание ничего, кроме  сессий с моей сабой. Я вернулся, но я больше

не оказываю услуги.

– Черт! Ты что, издеваешься?

Моргая, я сжимаю челюсти.

–  Слушай,   ты   предложил   идею  расширения,   поэтому,  если   нам   нужно   нанять   другого

Дома…

– Отвали, – он прерывает меня.

– Я не желаю слушать этот ерунду. В чем загвоздка, Бен, помимо твоей личной истории?

Еще вчера ты готов был отступить и уйти? К нам поступают всевозможные предложения с

просьбой разрешить наблюдать за сессиями – тебя и твоей сабы. Всякие предложения.

Будь умнее. Ты мог бы стать очень, очень богатым человеком.

– Я думаю, ты понятия не имеешь, кто такая Мисс Иксесс вне Дома.

Тишина. Стук. Потом еще один до того, как Джекс начинает говорить.

– Если ты имеешь в виду, что она обладает связями, разве в этом есть что–то новое?

–   На   этот   раз.   Да.   –   Я   включаю   передачу,   оглядываю   улицу,   и   отъезжаю.