– Я буду там. – Дерьмо. Когда у нас действительно полный пи*ц, мы идем в O’Malley’s,.

Два раза в день его проверяют агенты ЦРУ и это единственное место, где несколько из нас,

твердо   уверенные,   что   это   действительно   безопасное   место,   могут     все   обсудить.   В

приоритете обеды, конечно, на Холмах или в Доме.

***

Я сижу в своей машине, но в отличие от прошлых разов, я не скрываюсь. Я не прячусь,

находясь через  дорогу, выслеживая свою сабу. Сегодня воскресенья,  и я только что из

душа, побрился, и припарковался на стоянке перед входом в дом, где находится квартира

Ксавии, швейцар на входе приветствует меня, приподняв шляпу. Она выходит из лобби и

эта постоянная боль в груди снова вспыхивает. Я открываю дверь машины и обхожу ее,

чтобы поприветствовать Ксавию. Мы встречаемся взглядами, и я напоминаю себе закрыть

рот, так как чувствую, будто он от удивления «валяется» на асфальте.

– Классная тачка, – говорит она, разглядывая мою машину. – Тебе подходит.

–   Ну   да,   нормальная.   –   Я   открываю   ей   дверь,   улыбаясь,   глядя   вниз   на   ее   лицо.   Она

подходит ко мне, но не касается меня, достаточно близко, чтобы я ощутил уже знакомый

мне аромат, который как магнит действует на осязание – меня тянет к ней. Я хватаюсь за

дверь – если я не буду держаться, то я притяну ее к себе и поцелую так, что, я уверен, для

обслуживающего персонала их дома будет понятно, что она моя. – Ты великолепна, – тихо

говорю я и это – до боли  так.

На ней кружевное, кремового цвета, летнее платье до колена, ее волосы забраны в хвост, а

крошечные бантики на плечах чуть ли не  умоляют быть развязанными.

– Спасибо. Вы тоже невероятно привлекательно выглядите, Сенатор.

–   Я   хочу...   –   я   смотрю   на   ее   губы   и   она   легонько   щелкает   пальцами,   вызывающе

ухмыляясь.

– Я здесь? Разве вы не получили свою долю удовольствия прошлой ночью? – Ее идеально

очерченные брови изгибаются, и, нахмурившись, я рычу.

– Даже близко нет. – Когда я сжимаю ее локоть, прикасаясь пальцами к ее коже, мы оба

выдыхаем и наши взгляды снова встречаются. Вдруг, разряд электричества проносится по

моим венам, разжигая мой голод к ней. Однако, в отличие от энергии, которая свободно

высвобождается, моя жажда к ней просто так не пройдет. Не иссякнет. Меня затягивает в

черную дыру, причиной которой является она.

Я жажду ее.

Голой.

Под собой.

После прошлой ночи, б*дь, я не знаю – я будто сумасшедший псих, и это все из–за нее.

Чем  больше   мы  раздвигаем  границы,  тем   сильнее   голос   в глубине  моего подсознания

шепчет, чтобы я нашел, где проходят наши границы. По правде говоря, стоя рядом с ней

сейчас в солнечном свете, я боюсь что, этих границ нет. Я дам ей все, что она попросит. Я

готов пойти за ней хоть куда – и я начинаю понимать, что это не поддается объяснению.

Помогая ей сесть на переднее сиденье, я оцениваю, сколько у нас есть времени, прежде

чем мы официально опоздаем на встречу в Военно–морской обсерватории США.