Эсфирию хотелось заткнуть этого крикливого невежу, но приходилось сдерживаться.

— Я хорошо слышу и понимаю вас, — произнес Эсфирий. — Мы с советом сейчас обсуждаем меры поддержки насчет…

— Моя армия в трех сутках перехода от города, но её будет недостаточно, — наглый Крамос перебил его. — Нужна вся поддержка, какая только возможна!

Эсфирий мысленно вздохнул. Неужели этот старый вояка не понимает, что войска они подтянуть уже не успеют?

«Все ты понимаешь, — спокойно подумал Эсфирий, глядя на лицо Крамоса через панель связи. — Цепляешься, за что возможно».

— Я повторяю, — с прежним спокойствием произнес он. — Мы делаем все, что можно, для вашей поддержки.

— Очень на это надеюсь, — едким тоном произнес Крамос.

Он посмотрел на Эсфирия, явно желая сказать что-то нелестное, но сдержался.

— Я хочу ознакомиться с общей тактикой планетарной обороны, — уже тише произнес территориальный лорд.

— Мы как раз на этапе составления плана, — мягко отклонил его запрос Эсфирий.— —

— Но… — начал было собеседник, однако в этот раз Эсфирий позволил себе перебить его.

— Пока что вам следует сконцентрировать все силы на защите родного города, — произнес он. — На этом мы закончим сеанс связи. Не забудьте переслать все разведданные.

Эсфирий нажал кнопку на пульте, прерывая соединение. Голографический образ недовольной морды Крамоса развеялся.

— Фух, — утомленно выдохнул Мудрейший.

Он налил себе любимого сока и вышел из кабинета на балкон. Вздохнув полной грудью, Эсфирий огляделся.

Столица изменилась. Исчезли мириады огней, придававших ночному городу флер бесконечного праздника. Вместо него пришли тревога и страх.

Мысли вернулись к прошедшему разговору. Крамос всегда был центром оппозиции, мешая Эсфирию. Именно поэтому холодный разум правителя уже пришел к нужным решениям по поводу его города, Карентана.

— Время генерального сражения еще не пришло, — произнес Эсфирий. — Мы будем искать слабое место, после чего нанесем один удар.

Кому-то надо было принять на себя удар, пока защитники Аль’та собирают силу в кулак. И то, что этой жертвой стал один из главных оппозиционных политиков было даже выгодно Эсфирию.

Стук в дверь отвлек правителя Аль’та. Короткие мгновения отдыха закончились, пора было возвращаться к работе.

— Входи, — произнес Мудрейший, вернувшись в кабинет.

Дверь распахнулась, на пороге появилась тучная фигура верховного жреца.

— Ты нашел то, что я требовал? — не здороваясь, тут же спросил хозяин кабинета.

— Просмотр Фолианта Памяти доступен только старшим жрецам, — вместо ответа произнес жрец. — Я уже не говорю о выносе его за территорию храма.

— Ты стараешься для блага и спасения всего Аль’та, — патетично произнес Эсфирий, внутренне смеясь над наглым жрецом. Он в очередной раз мысленно похвалил себя за то, что способствовал его продвижению в свое время.

— И все же, — произнес жрец. — Я бы хотел…

— Не волнуйся, — поспешил успокоить его Эсфирий.