Всепожирающее красно-синее пламя ударило волной. Атака накрыла всю улицу, из-за чего несущиеся к нему твари не имели возможности уклониться.

— А-а-а-а-а-а! — крики мучений огласили округу, давая понять, что удар попал в цель.

Сотрясаемый ознобом, Игнат наблюдал, как гибнут враги. Узкая улица превратилась в нечто невообразимое. Безостановочные трансформации терзали материю, превращая округу в неприглядное месиво, в котором смешались предметы, камни, воздух и тела. Пейзаж будто преобразовался в кошмары Пикассо.

«Ты цел?» — в затуманенный разум врезалась чужая мыслеречь, приводя человека в чувство.

Игнат огляделся. Пастырь уже разобрался с противниками. Его ручные гладиаторы стояли здесь же. Помимо первого погибшего они потеряли еще одного. Армия Пастыря понемногу редела, но Игнат не сомневался, что ксенос быстро ее пополнит.

— Цел, — наконец, ответил Кедров. Прислушавшись к себе, он добавил: — Отделался легким испугом.

Придя в себя, он тут же развеял остатки первостихии. Пожар из красно-синего пламени потух, являя вместо себя страшный пустырь искаженной материи. Дорога, окружающие здания и населяющие их жители — все это прекратило существовать.

Камень, из которого были сложены дома, местами оплыл, местами вздулся и теперь был испещрен вкраплениями неизвестных веществ, в которые переродился. Тут и там виднелись вплавленные в него искаженные лица еще минуту назад живых людей.

Частично они оплыли вонючей жижей, частично — обратились в твердые неорганические вещества. И сейчас эти уродливые маски превратились в пугающее постмодернисткое надгробие самим себе. Хаос — как, впрочем, и другие первостихии — не щадил никого.

Охранники напряженно оглядывались, ища новых врагов. Игнат то и дело ловил на себе их взгляды. В них явно читался страх. Даже эти битые жизнью альтийцы были шокированы, увидев настоящую работу Хаоса.

Менее впечатлительный Пастырь быстро оглядел трупы нищих. Игнат не знал, что он там собирается найти, но ксенос кое-что обнаружил.

— Гляди, — с этими словами Пастырь швырнул ему что-то блестящее.

Поймав предмет на лету, Игнат увидел значок из зеленовато-серого металла. Это был треугольник с вписанным символом. На местном языке он означал «знание» и «тайна». Символ местного бога.

— Ублюдские веруны, — кивнул Игнат. — Но…

— Давай покинем место боя, — прервал его Пастырь. — Обсудим после.

— Согласен, — кивнул человек.

К этому времени к месту действия уже подоспело несколько вооруженных патрулей землян и Хаммер. Увидев знакомого сверха из элитного отряда, Игнат мельком объяснил ему, что случилось. После обещания дать позже подробный отчет его отпустили. Тут же они с Пастырем продолжили путь, торопливо покидая место боя.

— Серая энергия, — произнес Игнат. — Это же энергия их божка, верно?

— Скорее её ослабленная, проявившаяся в реальном мире ипостась, — поправил Пастырь.

— И я стал её целью, — припомнил подробности боя хаосит. — На меня открыли охоту? Но почему? Из-за владения Хаосом? Или потому, что убил медиума?

— И это тоже имеет значение, — кивнул Пастырь. — Но у меня есть еще одно объяснение. Произошедшее подтверждает эту версию.