«И все же надо будет наблюдать за окружением», — подумал Игнат.

— Налюбовались? — произнес Мур.

— Как понимаю из разговора, — произнес хаосит, закрывая кейс. — Полномочий распоряжаться артефактами вы также не имели.

— Естественно, — кивнул Мур. — Отдав их вам, я доказываю, что также готов рисковать. Если дело не выгорит, я буду низложен с поста, а может, что и хуже.

— И все же вы готовы сделать ставку на меня, — произнес Игнат. — Что же сподвигло на такое?

— Скажу, так: я доверился чутью, — пристально всмотрелся ему в глаза Мур. — Я верю, что пользуясь этими вещами, вы сможете достичь результата, который стоит риска.

— А дальше что? — произнес Игнат. — Объясните, в чем моя заинтересованность. Это лишь инструменты.

— Вам понравились эти артефакты? Вижу, что да, — ответил Мур. — Их добыли ценой многих человеческих жизней и больших денег.

— И? — поторопил его Игнат.

— Если я займу в Терре надлежащее положение, — произнес Мур. — Вы, Игнат, будете первым узнавать информацию о подобных реликвиях и получать их.

Корпорат явно знал, что предлагать. Впрочем, здесь не надо было много ума, чтобы знать, в чем заинтересован Игнат.

— Только представьте, — продолжил Мур. — Целая транснациональная организация будет искать лучшие сокровища для вас.

Риск предложения Мура был очень велик. Может быть Игнат и отказался бы, невзирая на все обещания, но ему и самому нужно было возвращаться в мир Аль’т.

Требовалось решать дело с божком. Его чертова печать не давала хаоситу расслабиться, нависнув над ним скрытой угрозой. И над всем этим довлела неопределенность Войны Хаоса.

Игнат взял время для передышки и раздумий, действуя на Земле, где у Абалима власти не было. Вот только события в мире Аль’т без его участия отнюдь не встали на паузу, а очень даже активно развивались. Кедров не мог больше игнорировать их.

— А в чем ваш интерес? — спросил Игнат.

— Старая добрая власть, — пожал плечами Мур. — Мое сознание уже закостенело в своих вкусах. Как вы не любите интриги и борьбу за трон, так и мне претит извергать громы и молнии.

Игнат понимал, что верить на слово корпорату нельзя, но тот говорил логичные вещи.

— Как видите, наши интересы не конфликтуют, — закончил Мур. — Моя власть, ваша сила.

— Хорошо, — кивнул Игнат. — Я бы хотел услышать подробности непосредственно по вылазке к Плато-Фукусима.

Мур улыбнулся, показывая рукой пройти к его вертолету.

***

Энерголет иногда потряхивало. Раздражающее гудение просачивалось даже через звукоизолирующую обшивку. Обычно это вызывало раздражение у Эсфирия, но сегодня он не обращал внимания на эти мелочи.

Мудрейший сидел молча, отсутствующим взглядом скользя по интерьеру салона. Его разум слишком устал, чтобы в сотый, а может тысячный раз складывать паззл событий, ища выход.

Внезапно его взор зацепился за картину на стене. Сделанная несколько десятков лет назад с помощью новомодной технологии, она изображала его еще совсем мальчишкой, что стоял рядом с немолодым мужчиной. Общие черты указывали на близкое родство.

«Отец, — мысленно произнес Мудрейший. — Как же мне пройти это испытание?».

Невольно вспомнилось далекое прошлое. Молодой Эсфирий предвкушал, когда по праву займет трон мира Аль’т. Его разум был переполнен идеями и реформами, которые поднимут родину до недосягаемых высот.