— Всё, как обычно, — усмехнулся Игнат.

— Подожди пока, не одевайся, — проявил заботу сердобольный старик. — Посиди, я картошки пожарю, уже почистил как раз.

Игнат хотел домой, но всё же потрафил просьбе. Михалыч жил один и из-за тяжёлого характера с соседями общался не то чтобы очень. Вероятно, Игнат, который иногда ходил к нему на осмотр, был главным его собеседником.

Вскоре с кухни раздалось шкворчание сала на сковородке, лишний раз убеждая Игната задержаться. Старик уже носился электровеником, накрывая на журнальном столике.

— Хлопнешь со мной? — он показал на бутылку.

— Не, — поморщился мужчина. — Ты же знаешь, я не очень по этому делу.

— Правильно! — уверенно произнес старик. — Тебе вредно, и так еле ходишь.

Через полчаса всё было готово и накрыто. Щедро наложив ему исходящей аппетитным ароматом картошки, Михалыч, наконец, сел сам.

— Пока возился с тобой, уже обед как раз, — сказал он, смотря на часы. — Давай хоть новости глянем, чё в мире творится.

Пошарив рукой по старенькому дивану, Михалыч нашёл пульт и включил телевизор. В деле информирования старик твёрдо доверял только отечественным новостным программам. Ну и, конечно же, он, не отрываясь, следил за войной.

Если Игнат и надеялся, что сегодня новостной выпуск будет о чём-то другим, то с первых секунд понял, что ошибался. Сначала осветили последние событий с фронта.

Михалыч матерными комментариями поддерживал успехи армии, Игнат же отдавал должное картошке, пожаренной на сале. К любым новостям он относился равнодушно-скептически, уж больно мутное было время, чтобы доверять любым СМИ. Да и выпал он из жизни.

После новостей с фронта пошли общемировые, от главного — к незначительному.

— У-у-у, сука, пиндосы, — старик, возмущённый антироссийским заговором, повернулся к Игнату. — Нет, ты видел, да?!

Тот лишь нейтрально кивал и поддакивал, не желая вступать в разговор и не дай бог нарваться на спор. Михалыч был ярым любителем политических дискуссий.

«Как заявили в МИД, вопросы по зерновой сделке должны решиться на встрече в Турции, — после очередного сюжета продолжила ведущая. — А теперь к другим новостям».

— Пойду чаёк поставлю, — увидев, что политический блок закончен, Михалыч отошёл на кухню.

Игнат также начал потихоньку одеваться, собираясь домой.

«На сайте „Реддит“ несколько пользователей заметили странное совпадение, — вещала ведущая. — Один и тот же сон в последние дни снился незнакомым друг с другом людям, проживающим в разных странах».

Игнат, слушавший вплоуха, даже не обратил на неё внимания, насторожившись только чуть позже.

«Помимо этого совпадения, как отмечают люди, и сами сны очень странные, — с каждым словом диктора Игнат всё больше настораживался. — По словам пользователей, они полностью себя осознавали и даже могли руководить действиями.

Мужчина, уже понявший, на что это похоже, слушал, не отрываясь.

«Рассказы „сноходцев“ содержат в себе описание тёмного, даже пугающего места, — отметила ведущая. — Происходящим уже заинтересовались психологи и доктора. Давайте послушаем мнение эксперта-сомнолога Геннадия Михайловича Винокурова».

Картинка сменилась, показав какого-то лощёного мужика в офисе. Пока он затирал про реакцию психики на стресс современной жизни, Игнат напряжённо думал.

«Значит, это был не единичный случай, — размышлял он о встреченном в мире снов человеке. — Хаос уже взялся за дело?»

«Что же увидят люди в снах дальше, следите вместе с нами, — эфирное новостное время подходило к концу, диктор быстро закруглила передачу.