– Как жаль!

– Я могла бы раздобыть немного, но неофициально. Понимаете?

Еще как понимаю! Он поможет мне легче перенести жизнь без

«пуговиц» и одновременно станет предлогом наведаться сюда еще раз.

– Чем же так хорош этот синтетический продукт?

– Он чрезвычайно эффективен.

– Почему бы просто не повысить дозу обычного НДТ?

– Потому что обычный НДТ воздействует только на определенные мозговые рецепторы. Когда все они заработают, вы уже не сможете увеличить степень воздействия, сколько ни повышай дозу. А супер-НДТ активнее обычного в четыре раза.

Она еще поколдовала над моей головой и сообщила:

– Вот и все. Микросхема изъята. Теперь я могу либо полностью закрыть отверстие, либо поставить мембрану, чтобы вы могли регулярно пользоваться НДТ.

– Как насчет бесплатного образца вашего чудо-средства? Если оно мне поможет, я приду поставить мембрану и превращусь в постоянного пациента.

Мне не хотелось менять одну зависимость на другую, но если НДТ действительно так хорош, то я был просто обязан им воспользоваться. Тем более, что была вторая часть задачи.

– Согласна, - ответила она, подумав.

Она вышла, оставив меня одного. Если бы не вскрытая черепная коробка, я бы попытался кое-что разведать. А так пришлось лежать и ждать.

– Я введу чуть-чуть НДТ прямо в вашу ЦСЖ, а потом…

– ЦСЖ?

– Цереброспинальная жидкость. Так сказать, раствор, в котором плавает ваш мозг. Теперь я вас закупорю. Вы прореагируете на НДТ очень быстро, реакция будет сильной, но кратковременной. При введении через мембрану препарат действует гораздо дольше.

– Итак, мы договорились: первая доза за счет заведения?

– Совершенно верно.

Эффект я почувствовал, только когда слез со стола и вышел в холл, чтобы приложить большой палец к считывателю и расплатиться за операцию. Все краски сделались ярче, яснее, все предметы - контрастнее. Я ощущал все свои нервные окончания, чувствовал, как сканер считывает данные с процессора в моем пальце и снимает со счета деньги за удаление микросхемы. Чувствовал, как бежит по всем капиллярам кровь, осознавал перистальтику своего кишечника, микрозавихрения воздуха в легких, удары сердца. Если это и есть воздействие супер-НДТ, то понятно, почему с его помощью можно забыть одиночество, вызванное исчезновением «пуговичной» коллекции.

Тот НДТ, которым я пользовался когда-то, не шел ни в какое сравнение с новым. Я вдруг вспомнил, как расшифровывается «НДТ»: нордопатриптилин! В голове разом всплыло все, что я прежде знал, читал, слышал об этой штуке, причем в сочетании со всеми мыслями и вопросами о похищенных беспризорных детях. Внезапно все части мозаики встали на свои места. Вместо безнадежной головоломки я узрел безупречную логическую цепочку, которой не хватало каких-то двух-трех фактов, чтобы превратиться в неопровержимое доказательство.

– Конечно! - услыхал я собственный голос, отрывая палец от кассового считывателя. - Теперь понятно, зачем…

– Что - зачем? - настороженно спросила рыжая мастерица.

– Ничего. - Болтливый идиот!

– Вас что-то беспокоит? - Ее рот превратился в зловещую узкую щель; херувим, как по волшебству, стал исчадием ада.

– Право, все в порядке.

– Ждем вас, - сказала она сухо и открыла дверь.

Я со всех ног бросился к Элмеро, надеясь, что застану у него Дока.

11.

– Напрасная трата времени, - сказал Док, сверкая черной физиономией в ярком свете кабинета Элмеро.